— Держи, — брюнет сел на постель и протянул мне воды. Я залпом выпила содержимое стакана и поставила его на тумбочку, рядом с кроватью. Хорошо-то как! — Как ты себя чувствуешь?
— Ну-с, у меня голова, как колокол — тяжелая и пустая, — мужчина усмехнулся, а я продолжила жаловаться на свое самочувствие: — Еще, тошнит. Сильно тошнит. И вообще, мне плохо! Тен, я больше никогда пить не буду!
— Когда я впервые почувствовал все прелести похмелья, то также говорил. Но до сих пор пью, как видишь. Конечно, не столько, сколько вы вчера с императрицей. Кстати, а сколько вы выпили? Тебя сильно шатало, — сообщил супруг, смешивая какой-то эликсир с водой.
— Ммм… — я напрягла извилины, из-за чего у меня еще сильнее заболела голова. — 5 бутылок? Или 8? 7? Я не помню, — мятный король присвистнул.
— Хорошо вы так выпили. А ты помнишь, что было вчера? Пей. Это лекарство, — он дал мне сосуд причудливой формы с синей жидкостью внутри, которую я быстро залила в себя.
Фу, какая гадость! Это даже хуже того жидкого пустырника, который восстанавливает силы! Но штука действенная, не поспоришь. Похмелье как рукой сняло, и, через мгновенье, я уже была как огурчик. Зеленая, но не полумертвая, что радует.
— Вчера? Ну… Мы с Альрой пили, разговаривали, потом, пошли на улицу, запускать фейерверк. Индариэн нас хотел остановить, но не вышло. Ммм… фейерверк запустили, а потом, ты и император нас забрали. Все. Дальше я не помню. По-моему, я заснула.
— Вот как, — эльфийский король лукаво улыбнулся, а его сапфирово-изумрудные глаза хищно блеснули. — Значит, ты не помнишь, что у нас с тобой было в ванной, да?
Он прикоснулся к моей щеке, а второй рукой обнял за талию, привлекая к себе и закрывая все пути отступления. Только сейчас, я заметила, что абсолютно голая. Лицо вмиг стало пунцовым, еще больше забавляя Тена. Мамочки, что же у нас было? Неужели мы сделали это?
— Н-не помню, — наглая улыбка стала еще шире.
— Совсем-совсем не помнишь? — он говорил мне в губы, а в мягком баритоне проскользнула чарующая хрипотца.
— Н-нет, — твою дивизию, я вообще ничего не помню!
— Тогда, я напомню тебе, — омут глаз, что томно смотрели в мои, затягивал все сильнее, из-за чего я не могла пошевелиться. Да и не хотела. — Мы занялись сексом… — он перешел на соблазнительный шепот и облизнул мои губы. — Когда все твое тело блестит от влажности — это великолепно. А твои стоны сводят меня с ума. Я держался, сколько мог, но ты еще та соблазнительница. Против твоих чар я бессилен. Жаль, ты не помнишь, как хорошо нам было. Но я могу напомнить тебе обо всех событиях прошлой ночи. Могу рассказать или… показать. Второй вариант мне нравится больше.
Сердце отбивало бешеный ритм, а бабочки в животе снова устроили бунт. Мурлыкающие нотки в голосе, хищный взгляд, влажные губы на моих устах и руки, что скользили по моему телу — все это вызывало невыносимое желание. Но я, засунув все свои не самые приличные желания куда подальше, ответила следующие:
— Лучше, расскажи.
— Ты уверена? — все мое нутро кричало о том, чтобы я выбрала другое, но я не поддавалась соблазну.
— Уверена, — Тенебрисель огорченно выдохнул и немного отодвинулся от меня, быстро надев маску холодности и серьезности.
— Почему ты не рассказала мне о Викторе?
Часть 20.2
Мои глаза округлились и увеличились в 2 раза, а челюсть хотела упасть на землю. Страх постепенно заполнял все мое сознание, сменяясь отчаянием. Откуда?! Откуда он знает?! Неужели, я, когда была пьяна, все ему рассказала?! Нет! Нет-нет-нет! Только не это! Теперь, Виктор может его убить… Черт! Не хочу! Скажите мне, что это сон!
Я зажала рот, пытаясь сдержать рвущийся наружу плач. Но подрагивающие плечи и красные глаза выдавали меня с головой. Если Тен умрет, я не переживу этого… Пожалуйста, скажите мне, что он ничего не знает! Ему нельзя этого знать!
— Лиен… — брюнет обеспокоенно посмотрел на меня, гладя по обнаженным плечам.
— Что ты знаешь? — я пыталась спросить холодно и отрешенно, но мой голос дрожал и это выглядело жалко. А все из-за страха. Если раньше, я панически боялась только Виктора, то сейчас, я бледнею от одной мысли, что могу потерять Тенебриселя. О боги, я так за него боюсь!
Мой король обнял меня, закрывая нагую спину своей накидкой, будто пряча от всего мира. Запах мяты немного успокаивал, но эти капли спокойствия не могут победить океан страха. Я прижалась сильнее к горячему телу, а мой супруг крепко сжал меня в своих объятьях. Таких родных, таких заботливых объятьях, в которых хочется быть вечно, расстаять в них и забыть обо всех проблемах. Но это заставляло меня еще больше ужаснуться тому, что я могу лишиться своего милого.
— Ты сказала, что Виктор убьет меня, — прошептал он мне. — Не объяснила, почему, но заставила меня принести клятву, что я не умру раньше тебя. Я поклялся… Милая моя, перед этим, ты сказала, что ненавидишь меня и лучше бы мы никогда не встретились. Мне было так больно… Больно от того, что это было правдой… Скажи, ты, действительно, ненавидишь меня? — бывший принц грустно посмотрел мне в глаза, а я молчала и понимала, что врать бесполезно.
— Да… — тихо ответила я. Тело моего мужа напряглось, а в очах отразилась боль. — Иногда, я ненавижу тебя и думаю, что было бы лучше, если бы мы не встретились… Потому, что я люблю тебя. Больше жизни люблю и боюсь потерять. Если бы мы не встретились, я бы не влюбилась и мне не было бы так больно сейчас. Это так страшно, знать и понимать, что в один момент тебя может не стать… — я обхватила лицо своего любимого ладонями и провела большим пальцем по острым скулам. — Я… я так боюсь этого, — я всхлипнула, не в силах сдержать слезы. — Мне не страшно за себя. Я — бог, и с каждым днем моя сила растет, становится все больше. Меня нельзя убить… А ты… — я закусила губу. — А ты можешь покинуть меня… Это так страшно… Тенебрисель, я так боюсь потерять тебя!
— Мо Лиен, я всегда буду с тобой. Слышишь, милая, всегда, — он коснулся своим лбом моего и еле-слышно прохрипел. — Маленькая моя, прости меня… Я не смог тебя защитить.
— Тенебрисель, за что ты извиняешься?
— Я не смог защитить тебя от этих мыслей, от страха, от этого ублюдка… Прости меня. Но скажи, что у вас произошло с этим гаденышем? Пожалуйста.
— Тен, я… — я не хотела это вспоминать, но наткнулась на взгляд сапфирово-изумрудных глаз. Они смотрели мне прямо в душу, умоляя. — Виктор хочет меня сломать и использует для этого радикальные методы.
— Какие именно? — эльф видел, что я не договариваю, но не спешил применять магию принуждения.