Сквайр принес таз с водой и чистое полотенце, и Уильям намочил его и приложил к обожженному лицу. Ему должно было быть ужасно больно, но он применил одну уловку, которой его в детстве научил кто-то из стардокских магов, и не замечал боли. Вода мало помогала ему восстановить зрение, и он решил, что ослеп на всю оставшуюся жизнь, какой бы короткой она ни была.
Громкий треск дерева и последовавшие затем крики и шум борьбы заставили Уильяма спросить:
- Лейтенант, доложите мне, пожалуйста, что происходит во внут-реннем дворе?
Лейтенант сказал:
- Сэр, они крушат королевский док. Вражеские солдаты сходят на берег.
- Сынок, помоги мне, пожалуйста, подняться, - попросил Уильям пажа.
- Да, мой лорд. - Мальчик старался говорить спокойно, но не сумел скрыть страх.
Уильям почувствовал, как молодые руки обхватили его за пояс и помогли подняться.
- Поверните меня к двери, - спокойно сказал он. Звуки борьбы доносились уже не только со двора, но и из залов дворца, и вражеские воины уже поднимались по лестнице, ведущей к штабу Уильяма.
- Лейтенант Фрэнклин, - сказал Уильям.
- Сэр? - спокойно отозвался тот.
- Встаньте слева от меня, сэр.
Офицер повиновался, и Уильям медленно вытащил меч из ножен.
- Встань позади меня, мальчик, - тихо сказал он, когда шум сражения в залах усилился.
Мальчик сделал, как его просили, но продолжал крепко держать рыцарь-маршала, помогая раненому стоять прямо.
Уильям жалел, что не может ничем подбодрить мальчишку, но он знал, что скоро, в ужасе и боли, все будет кончено. Он молил только о том, чтобы это произошло быстро. Когда звуки приблизились и все нахо-дящиеся в комнате солдаты кинулись-защищать двери, Уильям сказал:
- Паж?
- Да, сэр, - произнес тихий, испуганный голос у него из-за спины.
- Как тебя зовут?
- Терранс, сэр.
- Откуда ты родом?
- Мой отец - сквайр Белмонта, сэр.
- Ты молодец. Теперь подними меня, да поскорее. Не пристало рыцарь-маршалу Крондорскому умирать, стоя на коленях.
- Сэр... - По голосу мальчика Уильям догадался, что он плачет.
Вдруг раздался крик, и Уильям увидел, что к нему метнулась тем-ная тень. Он скорее услышал, чем почувствовал, как просвистел клинок лейтенанта Фрэнклина, и нападавший опрокинулся навзничь.
Слева от первой появилась другая тень, как раз под правую руку Уиль-яма, и почти слепой рыцарь-маршал Крондора бросился на нее с мечом.
А потом Уильям, сын волшебника Пуга и Каталы из Народа Ту-рилльских Холмов, родившийся в чужом мире, почувствовал боль, сле-дом за которой вскоре пришла тьма.
Джеймс медленно шагал по колено в сточной воде. Эхо сражения отдавалось в канализационных трубах, и люди герцога шли с обнажен-ными мечами. Время от времени они открывали притушенные фонари, чтобы сверить курс, но главным образом шли в темноте, едва разбав-ленной слабым светом, пробивавшимся сверху. Они двигались под куль-вертами и сточными канавами.
- Мы на месте, - произнес чей-то голос.
- Дайте сигнал, - сказал Джеймс, и раздался пронзительный свист.
Один из солдат ударом ноги распахнул дверь, и Джеймс услышал, как рядом открылись другие двери. Он прошел следом за двумя первыми сол-датами в подвал и поднялся по лестнице. Они вломились в комнату, осве-щенную пламенем свечей, потому что она находилась под землей.
Как Джеймс и предполагал, сопротивление было слабым, однако в него самого едва не вонзилась арбалетная стрела, выпущенная из-за опрокинутого стола, который служил стрелявшему прикрытием.
- Прекратить стрельбу! - крикнул он. - Мы пришли с миром.
В полнейшей тишине прозвучал вопрос:
- Джеймс?
- Привет, Лайл.
Из-за стола показался высокий старик и сказал:
- Не ожидал снова увидеть тебя здесь.
- Видишь ли, я тут проходил мимо и решил предупредить вас, чтобы вы уходили отсюда.
- Все так плохо?
- Еще хуже, - сказал герцог человеку, которого звали Лайл, Брайан, Генри и еще десятком других имен, но как бы его ни звали, это Честный Человек, главарь Крондорской Гильдии Воров, или, как они себя называли, Мошенников.
Джеймс огляделся и сказал:
- А здесь почти ничего не изменилось, разве что народу маловато.
Человек, которого в мыслях Джеймс всегда называл Лайлом, сказал:
- Большинство наших братьев убежали из города, спасая свою жизнь.
- А ты остался?
Лайл пожал плечами.
- Я оптимист. - И подумав, добавил: - Или дурак.
Он вздохнул.
- У Мошенников было крошечное королевство, но это было мое королевство.
- Верно, - отозвался Джеймс. - Пойдем с нами. Я знаю одно место, где мы сможем переждать опасность.
Джеймс и его солдаты подхватили Лайла и стайку потрепанных воров на буксир и снова двинулись в канализацию.
- Куда мы идем? - спросил Лайл, шлепая по мерзкой жиже.
- Ты знаешь заброшенную мельницу в том месте, где через город протекает река?
- Мы ее использовали, когда занимались контрабандой вместе с Тревором Халлом и его ребятами. Так давно это было, что сейчас и не вспомнить, сколько лет прошло с той поры. Если бы ты был в Крондо-ре, когда Мошенники и контрабандисты Халла работали вместе, ты бы знал об этой мельнице. Там у нас была база, которую мы много месяцев подряд забивали разными запасами.
- Много месяцев? - удивился Лайл. - Как же вы это провер-нули без нашего ведома?
Джеймс со смехом ответил:
- Поверху. Мы трудились днем, когда ты со своими воришками дрых под землей.
- Почему ты за мной зашел?
Джеймс сказал:
- Ты мой единственный брат, насколько я знаю, и я не мог дать тебе умереть одному в этом подвале.
- Брат? Ты уверен?
- Готов побиться об заклад, что это правда.
- Я раздумывал об этом, - сказал Лайл. - Ты помнишь свою мать?
- Немного, - сказал Джеймс. - Ее убили, когда я был совсем маленьким.
- В "Голове борова"?
- Я не знаю. Возможно. Я попал на улицу, и меня вырастили Мошенники. А ты?
- Мне было семь, когда была убита моя мать. У меня был малень-кий брат. Я думал, что он тоже умер. Меня отправили в Ромни, где я и вырос.
- Видимо, наш отец не хотел, чтобы его сыновья были рядом. Возможно тех, кто убил нашу мать, интересовали мы.
Когда они подошли к огромному переплетению водопропускных труб, в которых вода текла сверху вниз и заливала середину прохода, Лайл сказал:
- Мне всегда казалось странным, что мои приемные родители в Ромни вырастили меня лишь для того, чтобы я стал вором в Крондоре.
- Да, - сказал Джеймс, когда они обошли маленький водопад, - этого мы никогда не узнаем. Отец давно умер, и мы не можем его спро-сить.
- Тебе удалось выяснить, кто он? Я не смог узнать.
Джеймс усмехнулся.
- Да, я это выяснил. Однажды я услышал его голос, через не-сколько лет услышал снова и вот тогда после недолгой слежки я устано-вил, кто был настоящим Честным Человеком.
- И кто он?
- Ты когда-нибудь имел неудовольствие встречаться с исключи-тельно сварливым и злобным торговцем свечками, у которого была ла-вочка неподалеку от дворца?
- Не могу сказать, что когда-нибудь встречался с таким челове-ком. Как его звали?
- Дональд. Если бы ты его видел, то запомнил бы, потому что он был премерзким малым.
- Зато он был своего рода гением преступного мира.
- Каков папаша, такие и сыновья, - сказал Джеймс.
Дойдя до того места, где надо было идти согнувшись, Лайл спросил:
- Ты думаешь, мы выживем?
- Наверное, нет, - ответил Джеймс, - но ведь никто не уходит из жизни живым, правда же?
- Это верно. Но все же ты подстраховался?
- Никогда не повредит заключить двойное пари, - сказал Джеймс. - Если и есть шанс выжить в этом городе, то только здесь. - Он указал на двери, достаточно широкие, чтобы вместить фургон с упряжкой.
- Теперь я понимаю, что ты имел в виду, когда говорил об удоб-ном складе для контрабандистов, - сказал Лайл, когда два солдата распахнули огромные деревянные двери. Они открылись тихо, показав, что им совсем недавно уделяли внимание, и они увидели яркий свет, заливающий сотню солдат, вооруженных луками, арбалетами и мечами.