Четверо всадников приближались все вместе. Когда между ними было всего десять шагов, главарь приставил руку ко лбу и принялся их изучать. Потом он спросил:
- Вы кто?
Ру понял, что они говорят на языке Новиндуса, только несколько искаженном, из чего он заключил, что они прибыли не из той части континента, где бывал отряд Кэлиса. Он отважился на блеф.
- Меня зовут Амра.
Услыхав родную речь, всадники слегка расслабились. Главарь по-казал на Луи.
- А ты?
- Хаджи, я из Махарты, - без колебаний ответил он.
- А ты?
Этот вопрос был адресован Джейсону, но прежде, чем тот успел открыть рот, Ру сказал:
- Он немой. Его зовут Джейсон.
Джейсон не понял ни слова, но, услышав свое имя, кивнул.
- Из какой части? - спросил главный, а тем временем второй всадник подъехал поближе. Оба они все еще держали в руках оружие, готовые в любой момент пустить его в ход.
Ру бешено соображал. Он знал, что с тех пор, как Кровавые Орлы служили в армии Королевы, все стало по-другому. Он знал названия некоторых команд, но понятия не имел, существуют ли они еще и где могут размещаться. Но он также знал, что отсутствие ответа убьет их так же верно, как неправильный ответ.
Ру сказал:
- После сражения за Махарту мы примкнули к Черным Клинкам Шинги.
Второй всадник спросил:
- Дезертиры?
- Нет, - поспешно ответил Ру, - мы столкнулись с уланами Королевства, и они нас разбили.
Луи слегка опустил свой кинжал и сказал:
- Мы смогли освободиться и бежали. И вот - заблудились. Мы уже неделю бродим по лесу. Нам удалось найти немного пищи, но все равно мы очень голодны.
- Вы поможете нам вернуться к своим? - подхватил Ру. - Мы правда не дезертиры.
Два других всадника тронулись с места и начали заходить с флан-гов. Главарь сказал:
- Не дезертиры? Какая незадача. А мы дезертиры.
Внезапно они бросились в атаку, и Ру с Луи едва успели отскочить в сторону. Ру упал на землю, перекатился и, приподнимаясь, увидел, что Джейсон в ужасе застыл на месте, а на него мчится второй всадник. Джейсон увернулся и замахнулся на врага своим мечом, но оружие выпало у него из рук, потому что в этот Миг всадник сшиб его на землю и лошадь ударила его копытом в плечо. Лошадиное ржание говорило о том, что он все-таки задел ее мечом, но сам парнишка лежал на земле, не в силах шевельнуться от боли.
Лошадь, которую он ранил, споткнулась и сбросила седока. Ру снова перекатился и успел подняться как раз вовремя, чтобы отразить второй выпад. Луи метнул свой кинжал и попал в горло одному из дезертиров. Тот умер прежде, чем его тело коснулось земли.
Сброшенный наездник со стоном покатился по траве, и Ру с Луи оказались перед равным числом противников. Луи вытащил из-за голе-нища второй кинжал и присел. Два всадника тихо переговаривались, очевидно, понимая, что способность Луи метать ножи делала его более опасным противником.
Они с гиканьем ринулись в бой, и, казалось, каждый выбрал себе противника, но в последний момент тот, кто должен был напасть на Ру, развернулся и тоже напал на Луи. Тот метнул кинжал в человека, который мчал прямо на него, низко пригнувшись к шее своего скакуна.
Луи предвидел такой ход и целился низко, стараясь попасть по неза-щищенному бедру всадника. Клинок вонзился в цель, полностью войдя в правое бедро, и, взвыв от боли, противник выпрямился в седле, пытаясь отъехать подальше от Луи, на которого уже нападал его товарищ.
Луи достал из-за пазухи третий кинжал и бросил его в тот момент, когда раненый выпрямился. С кинжалом в горле он упал на круп своего коня.
Ру бросился на человека, который проскакал мимо него, как только тот повернулся спиной. Пока он летел навстречу Луи, который пытался вытащить из-за пояса другой кинжал, Ру занес меч над его головой.
Всадник сделал выпад, Луи попытался увернуться, но его против-ник успел сделать поправку и ранил его в правое плечо. Шпага Ру глубоко вонзилась в ногу всадника. Он закричал от боли и попытался повернуть коня, но тут же потерял сознание.
Ру быстро убил его. Он подбежал к Луи и увидел, что тот почти без сознания. Он хотел заговорить с ним, когда услышал позади крик.
Ру обернулся и увидел, что сброшенный всадник стоит над Джек-соном. Его управляющий приподнялся на локте, и по его лицу струилась кровь, а солдат уже занес клинок для смертельного удара.
- Нет! - крикнул Ру на бегу. Ноги его были словно свинцом налиты, каждый шаг казался ужасно медленным и давался с трудом. Он прибавил шагу, но удар солдата был быстрым как вспышка, и Джейсон закричал от боли. Он повернулся, и бросок, который должен был заста-вить его замолчать, не убил его, но заставил скорчиться от боли.
Ру выхватил свой клинок и со всей силы рубанул врага. По телу солдата он не попал, но перерубил запястье, и рука все еще сжимала рукоять меча, когда он полетел в воздух.
С недоверием уставившись на кровоточащий обрубок, человек даже не увидел следующего удара, который пришелся на заднюю часть шеи, и мертвым рухнул на землю.
Ру опустился на колени рядом с Джейсоном, который лежал с широко раскрытыми от боли и ужаса глазами.
- Господин Эйвери, - сказал он, цепляясь за рубашку Ру.
- Я здесь, - сказал Ру, приподняв ему голову.
Глаза Джейсона были мутные, как у слепого, и Ру понял, что рана была смертельной. Рана в голове была скользящая, это был след от удара подковы, но из раны в животе толчками вытекала кровь, значит, где-то была повреждена артерия. Жизнь Джейсона быстро вытекала из его тела и уходила в землю.
Джейсон сказал:
- Простите, господин Эйвери.
- Ничего, ты молодец, - стал успокаивать его Ру.
- Простите меня, я вас предал.
- Что ты такое говоришь?
- Это я передавал информацию Сильвии Эстербрук для ее отца, - сказал он и закашлялся.
- Я не понимаю, - сказал Ру. - Откуда ты ее знаешь?
- Когда вы в первый раз зашли к Баррету, я говорил вам о ней и сказал, что она красавица.
У Ру голова пошла кругом. Сражение, его рана и вот теперь еще это.
- Джейсон, как вы с Сильвией это делали?
- Я передавал ее слуге записку, - сказал Джейсон. - Она писала ответ. Она обещала, что когда-нибудь, когда я стану богатым, она скажет обо мне своему отцу.
Ру был потрясен. Сильвия дурачила его, Дункана, а теперь еще оказывается, что и Джейсона тоже. Джейсон снова сказал:
- Господин Эйвери. Пожалуйста, сэр, простите меня.
Глядя на этот лес, где лежал раненый Луи, а женщины с детьми скрывались в пещере, Ру мог ответить лишь:
- Все это не имеет значения, Джейсон. Это все пустяки.
Джейсон тихо сказал:
- Один раз она меня поцеловала, господин Эйвери. Никто не видел, потому что она как раз садилась в карету, и она наклонилась ко мне и поцеловала в щеку. - Глаза его закатились, и он умер.
Ру сидел неподвижно, не зная, плакать или смеяться. Мальчик умер, думая, что эта ядовитая гадина была чистым ангелом. Ру не говорил никому, кроме Луи, что Сильвия убита. Ру мысленно отдал ей салют, ибо она знала, что нужно делать, чтобы получать то, что хотела. Дункану она обещала деньги и власть. Для Джейсона придумала ска-зочку о чистой любви принцессы к простому человеку - поцелуй в щеку и любовные записочки. А для Ру? Ру горько рассмеялся и отпу-стил голову Джейсона. Он поднялся, продолжая размышлять. Ру она обещала совершенную любовь, которой не существует.
До встречи с Сильвией Ру никогда не знал любви. Ему казалось, что это не более чем миф, которому верят менее умные, чем он, люди, или полезная ложь, чтобы заставить городскую девчонку раздвинуть ножки, но никогда лживость любви не казалась ему такой чудовищной, как сейчас. Даже мертвая Сильвия часто посещала его мысли. Он подо-шел к Луи, думая, насколько это непостижимо, что три человека могли смотреть на одну и ту же женщину и видеть при этом трех разных женщин, и что каждый из них с такой готовностью верил ее лжи. И он не мог понять, почему он все еще чувствовал такую тоску по ней, испытывая к ней одно презрение.