Разведчики не вернулись ни через неделю, ни через месяц.
А спустя полгода с севера пришла армия нежити, возглавляемая десятком опытных некромантов из древнего поселения магов, продавших душу бездне. Они копили знания и ненависть столетиями, а затем собрали мертвых воинов, чтобы пройтись карающей дланью по всему континенту. И всё у них шло гладко: селения и города падали ниц, кровь лилась рекой, люди бежали прочь, а кто не успевал — шли под нож и пополняли ряды гигантской армии.
Пока некроманты не пришли к храму Геоны.
Эйнар долгие месяцы изучал запретные разделы жреческой магии по старой книжице, доставшейся в наследство от старого учителя. Жрец верховной богини пытался отыскать способ, который оградит его народ от неминуемой гибели: к тому времени слухи уже добрались до их дома, и Эйнар знал, что движется к храму.
Но способов не было. Кроме одного.
Он до последнего надеялся избежать этого. Страдал в одиночестве, бился в истерике в своем кабинете в подземной усадьбе, перерыл все книги по магии, которые у него были, но понимал, что другого выхода не найдет. И тогда, на последнем совете, зная, что армия мертвых уже в паре дневных переходов от храма, Эйнар выложил свой план перед советниками. Как он и ожидал, они были в ужасе, в него полетели обвинения в предательстве, безумстве и попрании интересов своего народа, но верховный жрец был непреклонен.
И советники сдались.
На площади перед храмом Эйнар при помощи своих учеников-послушников расчертил огромную формацию, созданную на основе формул, вычисленных и просчитанных им самим. Уже слышна была поступь легионов нежити, и медлить было нельзя.
Жрец призвал свой народ выйти для напутственной речи. Оглядел их печальным взглядом. Вздохнул.
И одним махом принес несколько тысяч людей в жертву Геоне. В тот самый миг он буквально кожей и душой почувствовал, как сладко дрогнула богиня в своих небесных чертогах, как истома выгнула ее тело, а затем, издав стон удовольствия, Геона ниспослала своему жрецу прорву энергии.
Её он и применил, чтобы спалить дотла все войско нежити и его полководцев. Вторжение некромантов оборвалось, разбилось об одинокий храм в плодородной долине, осталось лишь выжженным пятном на голой земле.
Эйнар победил, но утратил нечто ценное.
Спустя несколько месяцев оставшиеся в живых люди подняли бунт, не желая больше находиться под рукой безумца и психопата. Но он был готов к такому повороту событий. И применил сильнейшее оружие в своем арсенале: выжег души подданных и тем самым покончил с собой.
Только вот его не приняли ни на небеса, ни в преисподнюю, вместо этого Геона запечатала осколки души верного слуги в защитной формации подземного селения, оставив Эйнара вечно сторожить покой мертвых…
Бывший владыка этого места замолчал, уставившись невидящим взором в пустоту, а я ощутил к нему острую жалость. С одной стороны, конечно, Эйнар поступил опрометчиво, пустив под нож стольких людей, но с другой, он ведь остановил тем самым бесчисленное количество смертей в будущем. Так что тут впору вспомнить знаменитые слова Геральта о большем и меньшем зле.
Но кое-что всё же не давало мне покоя.
— А зачем тебе нужно было это кольцо? — спросил я, погладив украшение на среднем пальце. Магический конструкт глухо рассмеялся.
— Это был дар богини…за верную службу. Она сказала, что в случае нужды кольцо поможет.
Выходит, Геона изначально обманула своего жреца. Но зачем? Только из вредности, или ей нужно было это мертвое поселение для каких-то целей? Возможно, я упустил нечто важное из виду.
— Какой интерес у богини в этом месте? Ладно, наверху, там статуя ее Архонта и главная связь с храмом. Но тут, под землей?
Взгляд Эйнара загорелся сильнее, а мертвые губы растянулись в усмешке.
— Здесь хранится вещь, принадлежащая богине. Конечно, она запечатана, но для того, кто отыщет ключ, сокровищница откроет свои двери.
— И что за ключ? — поинтересовался я, обрадовавшись перспективам. Вещь богини ведь наверняка полезна, не станет же Геона хранить тут свои духи или любимую плюшевую игрушку. Тем более, потратить столько сил на защиту этого подземного селения — тут явно нечто большее.
— Ты поймёшь, когда изучишь всё, что есть в этом кольце, — Эйнар кивнул на украшение у меня на пальце. — А теперь, прошу, отпусти меня с миром. Я больше не хочу находиться здесь. Это место — моё проклятие.
Образ магического конструкта дрогнул, начал расплываться, будто он самовольно закрывал контур, уничтожая свое вместилище. Раньше я думал, что такое невозможно, но древний колдун умеет удивлять.