Но вот, слава всем местным и неместным богам, настал день праздника. Для меня он начался нерадужным образом: ещё до рассвета я проснулся от сильного приступа боли, скрутившего от затылка до позвоночника. Спина горела огнём, а мысли плавились словно сыр. Окинув внутренним взором энергетические каналы, я поразился тому, какими высохшими и потрескавшимися они выглядят. Причина обнаружилась быстро: резервуары оказались опустошены.
— Потрясающе, — прохрипел я едва слышно, после чего, скатившись с постели, на четвереньках приблизился к комнатному цветку, росшему в большой кадке. Вытянув руку, вобрал в себя энергию растения, заполнив полтора резервуара — и сразу почувствовал облегчение. Сила заструилась по каналам, орошая их и снимая режущую боль.
Но, что самое удивительное — цветок не осыпался пожухлым удобрением, а остался стоять как ни в чём не бывало, разве что узор на верхних листьях слегка потускнел.
— Какой любопытный покемон, — пробормотал я, разглядывая растение магическим зрением. Стебель представлял собой такую сложную структуру энергетических плетений, тесно взаимосвязанных друг с другом, что у меня тотчас заболела голова. Будь эта структура более упорядоченной, я бы решил, что цветок — дело чьих-то умелых рук, но хаотичные комбинации разных по весу, толщине и назначению узоров убедил меня в обратном.
Растение — уникально. Тогда вопрос: откуда оно взялось в моей комнате? И знал ли тот, кто притащил сюда это чудо, о его особых свойствах? Учитывая расположение цветка — недалеко от кровати, ставлю сто к одному, что знал. Но это вряд ли Лерид, дядя точно не удержался бы и рассказал. К тому же, помнится, в первый день после захвата Грондо и поместья растения в моих покоях точно не было.
Интересненько.
Пообещав себе обязательно об этом подумать, но позже, я поднялся и принялся разминаться. После — час медитации, и затем, изрядно посвежевший, я спустился к завтраку. Лерид уже сидел за столом, хмуро пил чай и выслушивал одного из подручных, который что-то тихонько нашептывал полковнику на ухо.
Заметив меня, дядя кивнул слуге, и тот ловко умчался, оставив нас наедине.
— Проблемы? — даже не прибегая к сенсорике я ощутил в воздухе предчувствие неприятностей.
— Ничего серьезного, — обронил Лерид, отставив кружку в сторону и бросив на меня тяжелый взгляд. — Какой-то разбойничий отряд осмелился напасть на один из караванов, проходивших через наши земли. Пощипали торгашей, перебили половину охраны и увели пару подвод.
— Борзо, — хмыкнул я. — Но ничего такого, с чем нельзя справиться. Отправь Шарда с группой бойцов, он покажет этим ушлепкам их место.
— Думаешь, сможет? — в голосе дяди послышалось сомнение.
— Я ему доверяю, — честно сказал я. — Не как тебе, но в подобных вопросах — целиком. Парень уже показал себя с хорошей стороны, пора дать ему немного свободы. Сдюжит — замечательно, значит, готовь принять больше ответственности, ну а нет…
Лерид понятливо кивнул.
— В таком случае, пойду распоряжусь. Не хватало ещё, чтобы наших уважаемых гостей атаковали какие-то босоногие выкидыши свиноматки.
Взмахом руки я отпустил его и принялся завтракать. Взгляд случайно зацепился за Анесс, стоявшую чуть левее, ближе к выходу из кухни. В последнее время я редко замечал персональную служанку — ей постоянно находили поручения в другом крыле дома. Но теперь, когда Рейли впала в немилость, красавица-орчанка вновь появилась рядом.
— Анесс, милая, подойди.
Девушка вздрогнула, будто не ожидала, что я с ней заговорю, приблизилась.
— Что угодно моему господину?
В сенсорном спектре от неё пахло тревогой, недоверием и… возбуждением. Девочка явно соскучилась по мне, и это странно. Сомневаюсь, что ей очень нравился Кард до того, как в его тело угодил я, а со мной малышка общалась недолго, и трахались мы только один раз. Откуда же такая привязанность?
Наши взгляды встретились. Густо покраснев, Анесс потупила взор. И я вдруг понял. Пожалуй, я единственный из касты «господ», кто назвал эту медноволосую орчанку красивой и обворожительной. Думается мне, другие высокородные орки вовсе не замечали в ней живое существо — только служанку, либо мясо для сношения. В моём же моральном кодексе милые девушки числятся вне категорий, и относиться к ним по достоинству — правило номер один.
Вот, что так зацепило красавицу-служанку. Что ж, теперь, когда Рейли вне зоны досягаемости, для снятия стресса можно уделить внимание Анесс. И даже если случайно забеременеет — не страшно, требовать каких-то льгот такая девочка точно не станет.
— Можешь проверить меня? — прервал я неловкое молчание.