- Этого недостаточно?
- Нет, — Аделаида Львовна отпивает ещё чая.
Между нами виснет молчание.
Ну же, просто скажи, что она принимает допинг.
Что Лиза ни на что неспособная богатенькая дурочка, которая незаслуженно получила место.
Она высокомерная, эгоистичная, взбалмошная, едкая…
Я молчу.
Хоть это и правильно рассказать всё, но я не могу.
Что-то внутри не позволяет мне.
И что-то раздражает, разъедает внутренности изнутри.
Обещание.
Запах цитрусовых на волосах.
Мягкая кожа.
Прикосновение к губам.
- Мы не сработаемся, — говорю я сквозь зубы. Но попытка такая жалкая, что хочется выхватить чашку и вылить кипяток на себя.
- Не стану спрашивать “Почему”, иначе мы просидим тут до вечера, — тренер откладывает чёртов чай. Она роется в выдвижном ящике стола, а потом с победным ликом протягивает какой-то листок мне. - Ты попытался поступить как джентльмен. Притворится, что недостаточно хорош, чтобы учавствовать в соревнованиях с Лизой, — Аделаида Львовна наклоняется ближе. - Может, Павел Иванович поверил, но я на это не куплюсь.
- Что это?
- Думаешь, что Лиза недостаточно хороша, чтобы выступать вместе с тобой? Посмотри её спортивный табель. Она забрала золотую медаль Восточной Европы в прошлом году, — я понимаю на что она намекает. Мы должны были участвовать, но вместо этого подали заявку на область. Соревнования проходили параллельно.
Я равнодушно скольжу взглядом по бумажке. Тренер не знает того, что знаю я. И этим уже всё сказано.
Все продаются.
Главное, найти правильную валюту. Её грамоты имеют такую же ценность, что шоколадные медали.
- Вы не измените своё решение, — констатирую факт. Похоже, это мой личный ад.
- Не изменю, — она снова улыбается, будто я заглянул к ней, чтобы рассказать какой-нибудь дурацкий анекдот.
- Тогда до свидания.
- Данилушка, подожди, — останавливает меня, не успеваю я подняться со стула. - Послушай совет старушки. Иногда то, что мы отвергаем оказывается самым прекрасным в нашей жизни.
Я захлопываю дверь.
***
- Ну, что герой, готов к первой жаркой тренировке с этой ципой? - Денис облокачивается на меня так, будто в любую минуту грохнется на пол. А мне нестерпима даже мысль, что я увижу её. Услышу хриплый голос. И этот ядовитый запах цитрусовых. - Тебя, будто сейчас стошнит.
- Если бы ты и ко мне так лез, меня бы тоже тошнило, — Диляра догоняет нас. Ребята весь день обсуждали изменения и предстоящие тренировки.
А ещё то, как невероятно мне повезло.
Какой прекрасный дуэт мы составим.
И, конечно, как мы подходим друг другу.
- Коротышкам слово не давали, — возражает Денис. И этими словами подписывает приговор себе, мне и всем людям в радиусе десяти метров, которые вынуждены слушать лекцию, что мы не выбираем гены, и рост невозможно поменять.
- И вообще не такая я уж и низкая, — спустя пятнадцать минут заканчивает пламенную речь Диляра. - Мой рост 155 сантиметров, а не 55.
- Правда? Не заметил, — подмигивает Денис, чем вызывает очередной приступ.
Боже, насколько я в жалком положении, если даже эта перебранка предпочтительнее тренировки.
Я замечаю Фелицию.
Говорю друзьям идти дальше, а сам задерживаюсь в коридоре.
- Слышала, ты будешь представлять академию в “Играх Семи”, — я целую её. Из необходимости вновь почувствовать цветочный сладкий запах, струящиеся каштановые волосы, пухлые губы.
Фелицию.
Правильную и подходящую.
Подконтрольную и покорную.
- Я так соскучилась, — выдыхает она между поцелуями. И это звучит так фальшиво, ведь мы трахались в библиотеке этим утром. Скучать можно лишь по тому, чего не хватает. По тому, кто приходит во снах и кого никогда не удастся вернуть.
- Правда?
- Угадай, куда мы идём в эту субботу!
Она начинает поправлять мой галстук.
И я всё больше чувствую, что в этом больше игры на публику, чем проявления нежности.
Пару учеников обернулись. Фелиция нарочито соблазнительно облизала губы.
- Феликс организовывает вечеринку у себя в особняке, а так как Грег его младший брат, то я автоматически получила приглашение, — это Фелиция так бессвязно говорила или я не слушал? - И ты конечно же идёшь со мной.
- Разве это разрешено?
- Ну, милый, не будь таким занудой, — она надувает губы. - Когда влюбленный в тебя мальчик живёт в особняке графа, а его брат — бог вечеринок, правил не существует.
- Влюблён в тебя?
- Ох, сладкий, не ревнуй, — я постарался не рассмеяться. Есть люди, вроде меня, которые просто не знают значение слова “ревность”. - Он безобидный ботаник, если бы не Грег, я не смогла бы добиться такого статуса в академии. Никто не любит дурочек.