Чего мне стоило выдержать этот испытывающе-добрый взгляд? И при этом не фыркнуть или чего хуже не рассмеяться.
Сблизились?
Если под этим он имеет в виду непереносимость и попытки не убить друг друга, то директор более чем прав.
Очень сблизились.
- Недавно мне звонил его отец, - очередной удар, и будь я парнем, сказала бы что ниже пояса. Я ничего не знаю о семье Данила, до этого мне казалось, что в интернате учатся дети из неблагополучных семей. Но похоже я ошибалась, раз его отец дозвонился до директора Феникса. - Он хочет поговорить с сыном, но…они не очень хорошо расстались, поэтому я хотел бы попросить тебя об одной услуге.
- Услуге? - вырывается вслух.
- Поговори с Данилом, пусть позвонит отцу, - округляю глаза. Хочется наговорить директору пару ласковых, но сдерживаюсь.
- Почему вы сами не пригласите его в кабинет и не заставите сделать это?
- Я обещал не давить, - он берёт маленькую бумажку для заметок и начинает складывать. - К тому же моему другу будет приятно, если его сын сам позвонит ему.
Директор протягивает мне бумажную розу.
Не вижу логики в его словах, но согласно киваю.
Это можно использовать.
- Могу ли я просить вас об ответной услуге?
- Постараюсь сделать всё, что в моих силах.
- Как вы знаете в свободное время я помогаю ученическому совету, - обаятельно улыбаюсь. - И хочу полноценное место.
- Но это против правил, президента избрали…
- Я хочу новую должность только для меня, после выпуска всё вернётся на круги своя.
Директор задумывается. Но что-то подсказывает, что он согласится на сделку.
- Елизавета, вам кто-нибудь говорил, что вы очень похожи на отца?
- Нет, обычно я слышу о сходстве с матерью.
- О, это бесспорно, вы копия Алисы внешне, но внутри… До свидания, мадемуазель Стрельцова.
Последние слова заставляют меня улыбнуться.
- Всего доброго.
***
Мы так и не начали наши тренировки. Хотели сегодня, но не вышло. Его дела накладывались на мои проблемы, может, получится завтра. Главное не признаваться, что мы оба придумываем отговорки, чтобы лишний раз не видеть друг друга.
С утра.
Наедине.
Я решаю передать послание директора на фехтовании. Может, из нас и вправду получится какой-никакой дуэт, в прошлый раз мы даже не перегрызли друг другу глотки.
Иду к спортивному корпусу длинным путём. Прячусь под зонтом. Волосы вьются сильнее обычного. Воздух такой свежий, что почти не чувствуется сигаретный дым, остаётся лишь слабый запах на кончиках пальцев. Чёрные полы зонта скрывают моё преступление. А даже если кто-то пройдёт мимо, то я останусь для него расплывчатым пятном. Дождь стеной, все стараются быстрее попасть в тёплые комнаты.
Есть в этом своя красота. Хотя я больше люблю покрытые снегом равнины. Зимой академия превращается в сказочный замок.
Неделя близиться к концу, а вместе с ними пройдут дожди. А меньше чем через десять дней нужно подготовить всё для приёма гостей. Раньше на всех торжествах у меня была поддержка в виде брата. Но Коли нет, и теперь со всем придётся разбираться самой. Но не могу его винить, на месте брата я поступила бы также.
Я совсем забыла, что могу просто позвонить им.
Наверное, Морана там с ума сходит. Или скорее зарылась по уши в толстые старые учебники, чтобы выбиться в начало рейтинга. Не верится, что она смогла перескочить целый класс.
А Коля заваливает Морану цветами, или что там делают влюблённые без памяти парни.
Под радостные и не очень мысли выхожу на широкую дорожку. Выкидываю окурок и придавливаю его носком ботинка.
Я уже почти привыкла к неприятному скользкому чувству внутри, которое появляется каждый раз перед тренировкой.
Перед встречей с Данилом.
Зал фехтования первый слева, сразу за ним проходит большой теннис. Я вижу светлую макушку. Недолго думая над речью иду прямо к нему, пока вовремя не осекаюсь и не замечаю взбешённую Фелицию рядом. Вот так везение.
Прижимаюсь к стене, прямо за стеклянным шкафом с кубками и фотографиями победителей в соревнованиях.
- Скажи, что тебе на меня наплевать! - голос Фелиции, как звук гвоздя по стеклу. Не то чтобы мне интересно, но когда ещё увидишь, как главная парочка академии выясняет отношения. - Почему какой-то друг важнее меня, а?
Вздох отчаяния Данила настолько громкий, что я испытываю невольную жалость. Бедняжка, сам подписал себе смертный приговор под именем “Фелиция”.
- Потому что ему сейчас кто-то нужен, - Данил чеканит каждое слово. - Похоже, ты не в состоянии сейчас разговаривать, найдёшь меня, когда успокоишься, - на этих словах он разворачивается. Задерживаю дыхание. Пытаюсь слиться со стеной.