А я вновь, придавая себя, хочу увидеть лицо Лизы.
Что она чувствует?
Расстроена? Рассержена?
Какого это, когда первая победа досталась брошенкам вроде нас.
Ведь об этом она и думает. Хотя не уверен, что она вообще заслужила своё место честно. Может, занятие фехтованием и место в рейтинге — очередной подарок папочки.
Как ещё объяснить, что на доске почёта её фамилия на первом месте?
***
Я быстро переодеваюсь. Это было увлекательно. Выхожу из раздевалки, попадая в эпицентр шума.
- А я говорю, что он перешёл черту, — Денис никак не мог перестать ныть. Он вышел сразу после Диляры и проиграл с разгромным счётом 10:15.
- Как скажешь, зайчик, — Диляра легко толкает его, окрылённая двумя победами, она непохожа сама на себя. - Предлагаю отметить это чашечкой вкусного кофе.
- В кафетерий? - осипшим голосом кричит Маша.
- Берём курс на кафетерий, — изображая пирата говорит Денис. Даже поражение не может остановить его от бесконечного поглощения выпечки.
- Товарищ капитан, вы с нами? - спрашивает Андрей. Я уже и не помню, когда ко мне прицепилась эта кличка. Видимо, я стал лидером даже не узнав об этом.
- В другой раз, — я замечаю Фелицию, которая выходит из соседнего зала в форме теннисистки. - Мне нужно кое-что сделать.
Ребята не возражают. Шумная компания покидает спортивный корпус, как раз в тот момент, когда я окликаю Фелицию. Меня волнует Лиза, её поведение. Нужно узнать о ней как можно больше до завершающего поединка в конце недели.
- Привет, — от меня не ускользает, как она подтянула вверх, итак, короткую юбку. Фелиция распустила волосы, и прислонилась к стене. - Ещё раз спасибо, ну, за тот случай…
Я киваю.
- Лиза тебя больше не беспокоила? - нужно начать с далека. Фелиция заливается румянцем.
- Да, то есть..неважно…
- Это важно, даже не представляешь насколько, — если я пойму, если узнаю о Стрельцовой больше, то смогу держаться от неё подальше.
- А, ну, — она поворачивает голову в сторону. - Меня не отпускает та ситуация, когда она унизила меня. Я пыталась поговорить с ней в коридоре, но Лиза не хочет ничего слышать!
- Я могу чем-то помочь?
Глаза Фелиции расширяются. Она смотрит куда-то за моей спиной, а потом наклоняется так близко, что я вновь чувствую приторно цветочный аромат духов.
- Вообще-то есть кое-что…
Фелиция опирается на мои плечи, и проводит языком по моим губам. Она втягивает меня в поцелуй, который из лёгкого становится всепоглощающим.
Я хочу обернуться и посмотреть ради кого она устроила это представление, но Фелиция углубляет поцелуй. Последний раз я целовался так давно, где-то в отрезке прошлой жизни.
Неправильной жизни.
- Тебе не стоило этого делать, — выдыхаю я. Она не выглядит хоть сколько-нибудь виноватой. Фелиция собственнически проводит по моим волосам.
- Ты мне нравишься, — она спокойна и собрана, будто не мы устроили прелюдию в коридоре. - И я знаю, что нравлюсь тебе тоже.
Последние слова ставят меня в тупик. Мы не так много общаемся, но я не чувствую к ней неприязни. Фелиция красивая, забавная, но…не девушка, которая вызывала бы во мне чувства.
Пауза между нами затягивается. Я не нахожу что ответить. Фелиция хмыкает и возвращается в зал для большого тенниса.
Может, это как раз то, что мне нужно? То, что позволит забыть. Надя никогда не вернётся. Если бы мы встретились вновь, она бы сказала, как глупо я себя веду. Сказала бы, что я должен жить дальше, должен встречаться с девушками, влюбляться.
Что не могу стереть боль бесконечными занятиями в спорт зале.
Что должен отпустить её.
Ведь если я позволю искре между мной и Фелицией разгореться, то может между нами всполохнёт пламя?
Я ей нравлюсь, она мне…тоже.
Я решаю дождаться, когда занятие по теннису закончится и поцеловать её ещё раз.
Потому что это правильно.
Потому что так, я смогу отпустить.
Глава 6
Лиза
Я знала, чем это закончится. Мои попытки быть милой и приветливой всегда оборачивались против меня. Вспомнить только того мальчика из детского лагеря. Я так хотела потанцевать с ним, что когда объявили белый танец, не раздумывая пригласила его.
А он обозвал меня жабой.
“У тебя глаза, как болотная тина”
Он выглядел довольным. Над его остроумной шуткой посмеялись все ребята, которые стояли рядом. Следующие две недели лагеря прошли ужасно. Никто больше не обращался ко мне по имени.
Я плакала каждую ночь.
Тогда я ещё умела плакать.
История повторилась.
Не стоило хотеть познакомится с ним. Не стоило наблюдать, как он отрабатывает движения с манекеном. Не стоило дожидаться, когда его друзья уйдут, чтобы выразить восхищение и представиться. Я поступила глупо.