— Сказала ему правду, — ответила я, подняв взгляд на Джаю, который последовал за мной к кровати.
— Правду? — удивился он, приподняв одну бровь. — Ты сказала, что мы сбежим? И он… так просто принял это?
— Не так уж и просто, — не согласилась я, понимая, что если бы не моя угроза последовать на казнь вместе с ним, отец никогда бы не позволил мне так рисковать. — Я не оставила ему выбора, — пояснила я, не вдаваясь в подробности.
— Ты снова не договариваешь, — нахмурился Джая, затем подошёл ближе и присел на корточки, положив ладони на матрас по обе стороны от меня, его голубые глаза оказались напротив моих. — Хорошо, можешь не рассказывать как у тебя это получилось. Но я должен знать наверняка, что господин действительно позволит нам покинуть поместье. Потому что, ты знаешь, я не смогу, если он прикажет.
Я обхватила ноги руками, положила подбородок на колени и прикрыла глаза, не в силах выдерживать проницательный взгляд Джаи и собираясь с силами. Покинуть навсегда дом, где прожила всю жизнь, и оставить отца — это разрывало грудь и лишало лёгкие воздуха, но это всё что я могла сделать ради спасения единственного оставшегося у меня родителя. Как бы больно не было от расставания.
С Джаей же всё несколько иначе.
Наша связь с ним слишком глубокая, ставшая неотъемлемой частью меня самой. Мы не расставались ни на один день, со дня его появления в поместье он всегда был рядом, разделял со мной радости и горести. Наши души так крепко срослись, что я не могла представить себя без него. Не могла помыслить свою дальнейшую жизнь без Джаи рядом.
Я судорожно втянула воздух и открыла глаза.
Джая внимательно изучал моё лицо, слегка склонив голову на бок. Он понял, что что-то не так до того, как я заговорила осипшим голосом:
— Я покину поместье одна. — Он сощурился, рассматривая меня с подозрением, словно ожидая, что я вот-вот рассмеюсь и скажу что пошутила. Я поджала пальцы ног. — Джая, ты должен остаться здесь.
Его большие ладони медленно сгребли тонкое покрывало в кулаки.
— Ты… — он тряхнул головой, словно борясь с рвущимися наружу словами. — Что за бессмыслица?
— Так нужно, — прошептала я, словно эти два слова что-то могли объяснить.
— Нужно? Для кого, Амала? Для кого это нужно? — Я впервые видела Джаю таким растерянным, мои слова будто оглушили его. В груди заныло, и на краткий миг я засомневалась и не хотела продолжать, но должна это сделать ради него.
— Рядом со мной небезопасно. Только так ты не пострадаешь. И…
— Амала, — тихим, но твёрдым голосом оборвал меня он. — Я не хочу больше слушать эту чушь.
Джая резко поднялся на ноги и неловко отступил на пару шагов, не спуская с меня напряжённого взгляда. Я спустила ноги на пол и поднялась, потянувшись к Джае, но он шарахнулся от моей руки.
— Я подготовлю всё, что может нам потребоваться, — заявил он и устремился к двери.
— Джая, стой, — я поспешила за ним, но он быстро выскользнул в коридор. Прижавшись спиной к двери, я простонала и ощутимо приложилась затылком о дерево. Злость, негодование, возможно обвинения в предательстве — я готовилась к подобному, но никак не ожидала, что он даже не захочет меня слушать.
Два дня. Всего два дня.
Осталось так мало времени.
Как бы сложно не было, когда Джая снова вернётся, я непременно должна ему всё объяснить. Чего бы это не стоило, я заставлю его выслушать меня до конца.
Глава 4.3
Той ночью Джая так и не вернулся в мою комнату.
Сначала я ждала его, но усталость и неутихающий гул в голове сморили меня сном. Утром же не обнаружила в комнате ничего из того, о чём я его попросила. Весь день я провела в тревожном напряжении. Чтобы занять себя хоть чем-то, пересмотрела всю одежду и выбрала два самых подходящих для служительницы библиотеки простых и удобных платья. Хотя в Цитадели все служители вне зависимости от пола носили одинаковые серые бесформенные одеяния, за её пределами же они предпочитали не выделяться. Служительницы, как правило, одевались в скромные платья светлых оттенков. От штанов и рубашек придётся отказаться, но одну пару я всё равно скрутила и спрятала на дно вещевого мешка.