— Господин, вам что-то ещё требуется?
— Можешь идти, — вместо сидящего в кресле ответил Ирош.
Мужчина провёл рукой по коротенькой бородке, ещё ниже опустил голову и поторопился прочь. Как только дверь за ним закрылась, подал голос старший офицер:
— Выдвигайтесь в путь первыми. Я нагоню вас позже.
— Но… — Ирош неодобрительно нахмурив темные брови шагнул вперёд, однако хватило одного взгляда командира, чтобы он умолк.
— Грузите тело Макира в повозку и отправляйтесь. Это приказ, если ты не понял с первого раза.
— Я отправлю остальных, а сам останусь. — Ирош на удивление продолжил перечить.
— Разве я разрешил тебе остаться?
Я боялась шевельнуться, пока два офицера прожигали друг друга упрямыми взглядами. В комнате сгустилось вязкое напряжение. Разве что Такесса не ощущала никакого дискомфорта и, закончив смывать грязь с моей ноги и достав из сумки длинные тонкие щипцы, принялась сосредоточенно извлекать занозу.
— Но я не могу оставить тебя одного, — как будто признаваясь в некой слабости, Ирош тяжело вздохнул.
— Те двое, кто отправился в погоню, останутся со мной, — напомнил старший, потерев переносицу. — Я хочу, чтобы ты сейчас беспокоился о том, как как можно скорее доставить Макира в Вошасу — к его семье. Это наш первоочередной долг. Поэтому заканчивай бессмысленный спор.
Ирош сжал губы, его желваки задвигались, но он больше ничего не возразил, лишь кивнул и развернулся, чтобы выйти. Однако перед уходом его хмурый взгляд задержался на мне, в этот раз к озадаченности в серых глазах примешалось недовольство. Словно я была причиной всех его невзгод.
— Ой! — пискнула я от резкой боли в стопе и посмотрела на длинную тонкую щепку, зажатую в щипцах Такессы.
— Ну вот и всё, — успокаивающим голосом заверила она и принялась накладывать повязку с мазью.
Офицер поднялся из кресла и, сложив руки за спиной, отвернулся к окну. Виной была его высокая широкоплечая фигура или давящая сила обладаемой им власти, а может и то и другое вместе, но комната мне вдруг показалась маленькой. Я желала как можно быстрее покинуть её тесное пространство. Однако уйти без моего кинжала не могла.
В дверь в очередной раз постучали.
— Входите, — не оборачиваясь разрешил офицер.
Двое солдат ввели хромающего мужчину с лохматой огненно рыжей шевелюрой. Его руки были связаны сзади, из раны на бедре чуть выше колена стекала кровь. При виде меня его глаза округлились. Я плохо рассмотрела его лицо в полумраке моей комнаты и никак не ожидала, что вор окажется молодым парнем, возможно даже младше меня.
— Вы закончили с её ранами? — обратился офицер к Такессе. Она как раз намотала тугую повязку на моё запястье.
— Да, господин, — засуетилась женщина, убирая инструменты в сумку, а затем вставая добавила для меня: — Если рана на ноге воспалится, используйте мазь, которую я вам вчера дала. И постарайтесь несколько дней не шевелить рукой.
— Спасибо вам. — Я по привычке потянулась к кошелю на поясе, чтобы заплатить Такессе, но осознала, что мой пояс остался валяться у кровати, как и все мои сумки, которые я затолкала под кровать при заселении.
Последнее заставило напрячься: выбегая из комнаты, я даже не прикрыла дверь. Кто угодно из постояльцев мог беспрепятственно поживиться моим добром.
Прошло всего три дня как я в пути, а уже могла потерять всё, включая мой шанс попасть за стены Черного кольца — сопроводительное письмо тоже было на дне одной из сумок.
Я резко поднялась на ноги, Такесса изумленно вытаращилась на меня.
— Верни мой кинжал, — потребовала я у парня, переступающего с ноги на ногу между солдатами.
— О чём ты лепечешь? Я же сказал, что ничего не сделал. Это какое-то недоразумение, — он пожал плечами и глянул на солдат с наигранным возмущением.
— На вас напал этот юнец? — Такесса вновь вскинула удивлённо брови, разглядывая рыжего негодника.
— Вы закончили? — вновь обратился офицер к ней и твёрдым голосом тут же добавил: — Можете идти.
Такесса вытянулась в струну и, быстро склонив голову в его сторону, без лишних разговоров покинула комнату.
Как только дверь за ней закрылась, офицер у окна развернулся и осмотрел парня с головы до ног. Затем вскинув одну бровь, перевёл взгляд на меня.