— Я… — Мой ответ застрял где-то в горле. Я пыталась найти нужные слова, но он смотрел так, будто вытягивал из меня не ответы, а мои тайны.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — произнёс он медленно, с лёгким нажимом. — Тебе ведь что-то нужно.
Я с силой сжала кулак, ногти впились в кожу, и боль вырвала меня из плена его взгляда. Я тряхнула головой, отстраняясь от прикосновения. Резко отступила, увеличивая расстояние между нами, чтобы вернуть себе чувство контроля.
— Мне тоже нужна твоя помощь, — призналась я осипшим голосом.
— Моя помощь? — повторил он, словно этот факт казался ему забавным.
На миг подозрительность мелькнула в глубине синих глаз, но тут же исчезла за маской насмешки.
Он сделал шаг ближе, и я снова ощутила, как всё вокруг сжалось, оставляя нас в плотном коконе его присутствия.
— И что же за помощь тебе нужна… от меня? — протянул он, намеренно растягивая слова.
Я сглотнула, стараясь не выдать смятения. Хотя с его обостренными органами чувств это вряд ли возможно скрыть.
— Мне нужна твоя помощь с переводом, — начала я, выбирая слова осторожно. — Есть одна надпись… на старой карте. Она написана на вашем языке, и я хочу узнать, что она означает.
Его брови чуть приподнялись, а уголки губ дёрнулись вверх.
— Так вот зачем ты здесь. Карта, — повторил он, почти насмешливо. — Любопытно. Разве для этого тебе не достаточно произнести моё… имя?
Я отвела взгляд.
— Я не хочу использовать силу, — проговорила я, удивляясь, что ему это вообще нужно объяснять.
— Правда? — он хмыкнул, но, когда я вновь взглянула на него, в его глазах застыла настороженность. — Тогда ты… отличаешься. Ты… необычная.
Его слова звучали не как комплимент, а скорее, как наблюдение, за которым скрывалось нечто большее.
— Ты поможешь? — спросила я, возвращая разговор к сути.
Фарух склонил голову, почти сразу его взгляд стал отстранённым: он определённо взвешивал что-то в уме.
— В обмен ты предлагаешь мне «знание»? — Его голос стал чуть ниже, а выражение лица — напряжённее.
— Да, — подтвердила я. — Мне кое-что известно, оно может помочь тебе.
— Знание за знание. — На его губах появилась лёгкая улыбка.
— Значит, ты поможешь?
— Возможно, — сказал он наконец. — Но давай будем честными. Чего ты желаешь на самом деле?
Я затаила дыхание, обдумывая ответ.
— Только перевод, — произнесла я едва слышно. — А ты? Чего хочешь ты? — вырвалось из меня прежде, чем я успела себя остановить.
Его глаза блеснули, как у хищника, почуявшего слабость.
— Может быть, больше, чем ты готова предложить, — его слова прозвучали почти шутливо, но от них из груди поднялся жар, опалив щёки.
Несколько секунд мы молчали, а потом он отступил, создавая иллюзию большей свободы.
— Ладно, — сказал он мягко. — Сейчас тебе пора уходить.
— Что? Но почему? — Придя в себя, я потянулась второй рукой к мешку, чтобы достать дневник Белиоза, в котором лежала сложенная карта. Вряд ли перевод короткой надписи займёт много времени.
— Вот-вот начнёт светать. Сегодня на стене собралось много глаз. Не хотелось бы, чтобы тебя заметили, — пояснил он с усмешкой на губах и посторонился, открывая выход из стоила.
Я медленно кивнула, понимая, что он прав, мне не стоит рисковать. Покинув стойло, я остановилась и обернулась к нему.
— Как твоё настоящее имя? — озвучила я ещё один вопрос, который не давал мне покоя.
Фарух напрягся, улыбка исчезла, будто я спросила что-то недопустимое.
— Моё имя? — повторил он, глядя испытующе. — Ты можешь звать меня Навин.
— Но это не твоё настоящее имя.
Он двинулся ко мне, я хотела инстинктивно отступить, но осталась стоять на месте.
— Может, когда-нибудь я назову его тебе, — сказал он, наклоняясь так близко, что кончики его фаруков коснулись моего плеча. — Если докажешь, что тебе можно доверять.
Его слова почему-то больно резанули, разбередив что-то внутри, но я просто кивнула и, развернувшись, направилась к выходу.