— К счастью, они ненавидят друг друга еще сильнее, чем все другое, — сказала Ана и коротко хохотнула. — Некоторые обсуждения, в которых присутствуют члены хотя бы двух семей, напоминают петушиные бои. Этих петухов распирает от гордости, и они кидают друг в друга дикие речи. А кому потом приходится расплачиваться за это? Естественно: простым солдатам и наемникам. Кому же еще?
— У Аны и ее матери, само собой разумеется, свое видение вещей, — дипломатично возразил Сарган. — У меня лично с ними мало дел. Как чиновнику, мне запрещалась служба в армии.
— А такие события случаются часто? — поинтересовался Натиоле у Саргана, чтобы сменить тему.
— Бои? Скорее редко. Собственно, здесь в основном устраивают скачки. Иногда также состязания на колесницах, но скачки считаются высшим искусством.
— А эти гладиаторы?
— Высокопарное слово из старых времен. Много столетий назад, когда Дирия была маленькой страной, немного больше Колхаса, специально обученные рабы сражались друг с другом. Но эти времена давно миновали. Сегодня пленники, преступники и разный прочий сброд пытаются заработать таким образом немного денег. Развлечение для масс.
— И кровавое развлечение. Люди едва могут держать в руках меч, не говоря уже о том, как обходиться с ним. Что привлекательного в том, чтобы наблюдать за неумелыми, которых медленно избивают до смерти? Никогда не понимала этого, — снова вмешалась Ана.
— Некоторым горожанам нравится. Но кто обладает хоть какой-то репутацией и деньгами — что неразделимо, — тот понимает это и предпочитает правильные скачки. Простые состязания на колесницах привлекают много людей, а возницы — настоящие герои, но бюрократы ценят наездников выше.
— Да, но военные аристократы предпочитают состязания на колесницах. В распоряжении конюшен беговых лошадей — большие деньги и горячие поклонники, — добавила Ана.
— Состязания на колесницах скорее для простого народа, — уязвленно возразил Сарган. — Мы, то есть чиновники, предпочитаем скачки.
Натиоле пытался воспринимать информацию, не отвлекаясь от действия в амфитеатре, но это лишь частично удавалось ему. Слишком мощными были впечатления, которые просто оглушали. Когда юноша путешествовал по Колхасу, он видел лишь одну какую-то часть города… Да, это и был город… Но Нати еще не постиг его настоящего размера. А здесь перед ним предстал народ, богатый и бедный, молодой и старый, в одном непостижимом собрании…
— Сколько здесь может быть людей? — пробормотал он.
— Если заняты все ложи, а также стоячие места, то здесь должно быть четыреста сотен людей. Так говорят. Лично я не считал.
Прошло несколько мгновений, пока Натиоле осознал цифру. Его предварительная оценка была слишком низкой. «И все хотят увидеть троллей. О духи, побеспокойтесь о том, чтобы Врак не наделал глупостей».
И будто глубинный тролль услышал мысли Натиоле! Из боковых ворот вышли три мощных существа. Возле императорской ложи зазвучало несколько труб, но это едва ли было нужно, так как само появление гигантов вызвало полную тишину.
Тролли самоуверенно выбежали на открытое место. Несмотря на освещение, Врак оставался словно в коконе тьмы и выглядел таким диким и грозным, как никогда. Даже на таком расстоянии Натиоле чувствовал его первобытную силу.
Цран стоял рядом с Керром, который все время оглядывался, осматривая окружение. Тролль явно был настороже, в отличие от Врака, который размахивал руками, скалил клыки и громко ревел. Натиоле еще раз послал немую короткую молитву духам.
— Но они же не будут сражаться против людей? — спросила Ана, и Сарган ответил:
— Это действительно было бы не совсем… уместно. Скорее всего, против зверей или чего-то подобного.
В этот момент открылись двери в здании посередине, и из него выбежало массивное существо. Натиоле до сих пор не видел ничего похожего. Животное передвигалось, пригнувшись, на четырех, но при этом было гораздо крупнее человека и, наверное, три шага в плечах. Его тело было покрыто мехом песочного цвета с рисунком из темных полос, а голова — широкая и большая. У него было четыре длинных клыка и огромные когти. Двигался зверь на удивление мягко для своих размеров, и, когда Врак снова заревел, развернулся и сконцентрировался на тролле.
— Одар, — объявил Сарган. — С севера. Говорят, довольно кровожадный.