— А она больше?
— О, да. Намного больше. Империя огромна, в несколько раз больше Влахкиса. Она простирается на запад до Ларгического моря, на север до пустыни варваров и на восток далеко в степи, где живут силки и другие, странные народы.
— То есть большая, — подытожил Керр и пошагал дальше.
Он никогда до конца не понимал пристрастия людей занимать участок земли и говорить, что она принадлежит им. Конечно, они строили на земле вещи, например эти замки, но их можно разрушить… В конце концов, земля вечна, а люди — нет. Сколько он знал Стена, у людей шла война и спор с масридами и их магами солнца из-за земли, которую они делили. Страна между гор раскололась, и снова и снова находились люди, которые с радостью убивали друг друга. «Может быть, все дело не в земле? И им это просто доставляет удовольствие? — предположил Керр. — Пард радовался войне, но ему не нужны были причины или какой-то особый повод для нее».
— Теперь мы снова сможем ехать медленнее, — сообщил Натиоле, оторвав тролля от мыслей.
— Почему?
— Даже если наша маленькая встреча с масридами имела последствия, то нас уже никто не будет преследовать по ту сторону перевала. Скоро мы будем в империи. Власть масридов кончается здесь.
— Но… разве они не могут преследовать нас? И догнать в империи?
— Могут, но люди в империи не позволят им это сделать. Иначе возникнут проблемы между империей и Ардолией.
— Проблемы?
— Политические проблемы.
— Если есть враги, их нужно убивать, — вмешался Цран. — Не важно, где они находятся.
Керр медленно кивнул. Это была стратегия, которой придерживался Пард и которая соответствовала сущности троллей.
— Все не так просто, — возразил Натиоле.
— Почему?
Керр услышал вздох человека. Тем не менее Натиоле ответил:
— Империя — могущественная, и как Влахкис, так и Ардолия ведут активную торговлю с нею. Если сейчас солдаты из Ардолии появятся на территории империи, то торговля прекратится. Или даже империя вышлет в ответ своих солдат. Никто не хочет рисковать.
— Тогда и ваши враги могут просто убежать? Они могут спрятаться в империи и ваши солдаты ничего не смогут сделать против них?
— Точно.
— Это слабость, — заявил Цран. — Как можно бороться против врагов, которые прячутся? Если сильный, то сражаешься везде и против каждого.
— У вас, троллей, это так. У нас дело обстоит иначе. Это могло быть, конечно, так, но Влахкис и Ардолия слишком мелкие государства. А у империи гораздо больше солдат, они лучше вооружены и… тому подобное…
— Но у вас есть мы. Мы друзья.
— И это хорошо.
После этих слов все замолчали. Натиоле сидел в седле, его конь не спеша шел шагом. Керр и Цран пристроились рядом. Маленький отряд двигался медленно, так как волы едва тащили тяжелые повозки. Где Врак, никто не знал.
Глубинный тролль просто исчез в темноте. Так он поступал теперь почти каждую ночь. Дитя Анды старалось держаться вдалеке от маленькой группы, что было только на руку Керру. Возвращался Врак четко перед рассветом, мрачный, в большинстве случаев молчаливый, и без промедления укладывался на повозку, прежде чем поднималось солнце. Такое поведение позволяло Керру хоть немного расслабиться и не волноваться о том, что постоянные гневные комментарии Врака в любой миг перерастут в нечто более опасное, чем просто слова.
Перед путниками медленно открывался перевал, за которым виднелись склоны Соркат, освещаемые лишь звездами. Тролль заметил чуть ниже отдельные деревья, которые постепенно переходили в настоящий лес. Керр снова удивился разнообразию растительного мира, который на поверхности, казалось, царил повсюду. «Кроме гор», — подумал тролль, глядя вверх, на заснеженные пики. Там, в вышине не было ни деревьев, ни кустов, лишь скалы и лед.
— Это Дирийская империя, — объявил Натиоле и указал вперед. — Где-то у подножия — место, с которого начинается влияние империи, здесь находится граница, которую мы перейдем.
— Что нам нужно будет делать? — поинтересовался Цран. — Залазить?
— Что? Нет, дорога просто приведет нас туда.
— К месту… к границе?
— Да.
Натиоле с удивлением посмотрел на большого тролля, и Керр понял по лицу человека, что тот не понял вопроса. Поэтому он попытался уточнить.
— Как выглядит эта граница? Стена?
— Ах, ты об этом. Нет, нет. Никаких укреплений или чего-то подобного. Горы обозначают границу.
— Но как ты тогда ее узнаёшь?
— Мы просто уважаем ее. Каждый знает, что по ту сторону Соркат властвуют дирийцы.
Теперь и Керр был озадачен. Цран, бормоча, покачал головой. Снова люди делали совершенно непонятные вещи. То, что они твердо верили во владение, Керр еще как-то мог понять. И то, что они притязали на территорию, тоже. «Но почему они должны уважать это, если здесь вообще никто не живет? И что будет, если я захочу присвоить эту землю?»