— Отец? — донесся голос Харальда из темноты за его спиной.
Торгрим обернулся и едва различил силуэт сына, поднимавшегося к нему. Голос Харальда звучал нерешительно: юноша не знал, какой прием его ожидает.
— Да, Харальд? — Торгрим знал, что эти два слова, произнесенные ровным тоном, скажут Харальду все, что ему нужно знать о состоянии рассудка отца.
— Мы подняли и построили людей, — сообщил Харальд. Торгрим скорее почувствовал, чем увидел присутствие сына рядом. — Скоро начнет светать, как мне кажется.
— Хорошо, — сказал Торгрим, все еще замечая нерешительность в его тоне. — Что-то еще?
— А, да… — сказал Харальд. — Дело… в Кьяртене. И его людях. Они ушли.
Торгрим помолчал мгновение, пытаясь осознать услышанное.
— Ушли?
— Они стояли на дальнем левом краю наших рядов. Все, казалось, было в порядке. Я думал, что они с нами и готовы сражаться. Но сейчас их нет.
— Они не просто отделились?
— Я прошел все расстояние до фургонов. Их нет и там. Может, они отправились к Оттару?
— Возможно, — сказал Торгрим.
Но только если Кьяртен не солгал насчет того, что он в ссоре с братом. Он вспомнил, что Оттар не отреагировал со своей обычной жестокостью, когда увидел вчера Кьяртена. Не сделал ничего, разве что проклял его. Но что, если Кьяртен и Оттар вовсе не враждуют? Какой подвох может за этим скрываться?
У Торгрима появилось очень плохое предчувствие.
— Если он ушел, то и ладно, и с ним сбежали все его трусы, — сказал Торгрим. — От таких людей все равно мало толку в сражении. — Он шагнул к Харальду и положил руку ему на плечо. — Пойдем к нашим. Сегодня наш счастливый день. Сегодня мы обретем либо богатства Глендалоха, либо славу в Вальгалле.
Они спустились дальше по холму, к своим воинам, которые пробуждались ото сна, разминали и растирали конечности, чтобы кровь быстрее потекла по жилам. Ночь была не то чтобы холодной, но промозглой настолько, что всех пробрало до костей, поэтому им приходилось изгонять озноб, словно злобного духа из тела. Торгрим нашел Берси и Скиди.
— Итак, Кьяртен сбежал, как я слышал, — сказал Торгрим.
— Да. Вот ублюдок, кусок дерьма! — сплюнул Скиди. — Что ж, по крайней мере, если мы умрем сегодня, мы не встретим эту трусливую шкуру в Вальгалле.
На его речь ответили дружным хмыканьем.
— Тем больше добычи достанется нам, — сказал Торгрим. — Никого из оставшихся не обидят при дележе.
Он посмотрел на восток, и ему показалось, что небо там проясняется.
— Скоро уже рассветет. Давайте поднимемся на вершину холма и будем ждать атаки Оттара. А затем устроим ирландцам сюрприз, который для них приготовили.
Он повел их на вершину. Сначала все ползли на четвереньках, затем легли на животы и уставились в темноту, сохраняя тишину и наблюдая. Где-то в высокой траве птицы завели свою утреннюю песнь, издалека доносилось пение петуха, чей резкий голос в неподвижном воздухе можно было услышать с огромного расстояния.
Довольно долго они оставались в таком положении, а затем Торгрим заметил, что небо определенно светлеет, что плотная тьма сменяется серым сумраком. Он уже видел людей вокруг себя, различал очертания близлежащих холмов и гор в отдалении.
— Еще десять минут, — выдохнул Скиди, — и станет так светло, что мы увидим отряд Оттара.
Это было частью их плана. Ирландцы не могли знать, что люди Торгрима прячутся здесь, а чтобы они не знали этого и дальше, следовало чем-то отвлечь их внимание. Поэтому люди Оттара должны были выстроить стену щитов на вершине холма, возле баррикады из фургонов. Ничто так не привлекает и не удерживает внимание воина, как стена щитов.
Солнце все поднималось за плотной пеленой туч, и стала видна окружающая местность, серая и мокрая. Холмы, казалось, обретали форму, словно боги создавали их заново. Глендалох все еще терялся в глубокой тени, но все, что находилось выше, понемногу проступало в тусклом свете дня.
Теперь они могли рассмотреть ирландцев. Те становились в стену щитов, готовые к атаке северян. Их нельзя было застать врасплох.
Торгрим и его капитаны дружно повернули головы в сторону холма, с которого они пришли. Фургоны уже виднелись, но они скрывали из вида расположенное за ними поле.
— Кто-нибудь заметил людей Оттара? — спросил Торгрим.
— Нет, — ответил Скиди. — Фургоны, наверное, мешают.
Они ждали. Дневной свет заливал долину, поля перед ними и горы вдалеке, город и монастырь Глендалоха. И наконец он озарил дальний холм, фургоны, дорогу, прекрасно теперь различимые.
Людей Оттара там не оказалось.