— Еще раз, и суши весла! — крикнул Торгрим, и гребцы на морских сундуках послушно двинули веслами в последний раз и втянули их на корабль с легкостью, доступной лишь после долгой практики.
Дальше Агнарр вел корабль, целясь в левый борт «Дракона», а затем резко вывернул румпель, поворачивая нос и ставя драккары параллельно друг другу.
— Торгрим Ночной Волк!
Торгрим услышал знакомый голос, долетевший через ленту воды между кораблями. Кьяртен Длинный Зуб стоял на корме «Дракона». Он был в кольчуге, но без шлема и щита. Меч висел на боку в ножнах, а дружественный тон казался весьма фальшивым. Торгрим ничего не сказал.
— Эй вы! — Теперь Кьяртен обращался к воинам на палубе «Дракона». — Готовьтесь бросить лини нашим друзьям. Кранцы за борт, принимайте корабль Торгрима!
Люди с «Дракона» встали на носу и на корме, держа в руках веревки, чтобы бросить их команде «Морского молота». Другие скидывали тяжелые кранцы, чтобы оба корабля могли встать вплотную друг к другу.
Торгрим оглянулся на Агнарра и кивнул. Агнарр повернул румпель, умело подводя «Морской молот» к борту «Дракона». Корабль почти остановился, с носа и кормы полетели веревки через короткое расстояние между судами. Вскоре корабль Торгрима был надежно привязан к драккару Кьяртена.
Торгрим не обращал на это внимания, как и на приближение Берси со стороны реки. Он шагал вперед, не сводя взгляда с деревни, игнорируя также и Кьяртена, хотя Кьяртен тоже двинулся с кормы к центру корабля. Торгрим развернулся ровно посередине, где только веревочный кранец отделял «Морской молот» от «Дракона», и, не снижая скорости, перебрался на корабль Кьяртена.
— Добро пожаловать на борт, Торгрим, добро пожаловать! — Кьяртен говорил чуть быстрее, чем следовало. — Рад снова тебя видеть! — Затем, понизив голос до заговорщического шепота, он продолжил: — Я сожалею, что мне пришлось ускользнуть ночью, но так получилось. Дело в том, что мои люди услышали о налете на Глендалох и потеряли головы. Они чуть не рехнулись от нетерпения. Клянусь богами, если бы я не согласился пойти с ними, они просто взяли бы корабль и отправились в набег самостоятельно, причем наверняка разбили бы его о скалы. Только возле устья реки я сумел уговорить их остановиться и дать вам с Берси шанс нас догнать.
Торгрим кивнул. Кьяртен, конечно же, лгал и даже не очень пытался сделать свою ложь убедительной. «Он считает меня дураком? — подумал Торгрим. — Или он считает, что не стоит тратить силы на то, чтобы меня обманывать?»
Это не имело значения. Так или иначе, в итоге они докопаются до правды.
Он снова окинул взглядом покинутые хижины на берегу. Насколько мог видеть Торгрим, ничто, кроме животных, не двигалось в этой безмолвной деревне. Он повернулся и оглядел палубу «Дракона». У викингов этого драккара были странные глаза — тусклые, словно потухшие.
— Что тут происходит? — спросил Торгрим, кивая в сторону деревни. — Это вы ее разорили?
— Нет, нет, — сказал Кьяртен. — Кто-то опередил нас. На полдня, если я не ошибаюсь. Их словно волки задрали.
Торгрим хмыкнул, обернулся к своему кораблю. Его люди выстроились в линию на борту, ожидая приказа перейти на «Дракон». Он видел, как ерзает на месте Старри, и знал, что тот мечтает о схватке с Кьяртеном и его командой. Но в конце концов он будет разочарован — похоже, биться они не желали.
— Так, вы, — обратился Торгрим к воинам с «Морского молота», — идите за мной.
Он прошел мимо Кьяртена, пересек палубу «Дракона» и шагнул на пристань. Кьяртен двинулся следом, остальные тоже потянулись за ними. «Кровавый орел» повернулся вдоль левого борта «Морского молота», кормой к реке, носом к поселению.
Торгрим спросил у Кьяртена:
— Вы кого-то нашли в деревеньке?
— Живых не нашли, — ответил Кьяртен. — Одни мертвецы.
Торгрим пересек пристань, сошел на утоптанную землю берега, а прочие так же следовали за ним. Старри шел рядом вместе с Харальдом, Агнарром, Годи и всей командой. Торгрим оглянулся на реку. Берси и некоторые из его людей уже перебирались через «Дракон» на берег, «Лисица» Скиди швартовалась к «Кровавому орлу». Торгрим увидел, как Скиди перепрыгнул со своего корабля на «Кровавый орел», торопясь присоединиться к вожакам на берегу.
— Ты знаешь, кто это сделал? — спросил Торгрим у Кьяртена.
Кьяртен покачал головой:
— Безумец. Ты увидишь.
Торгрим ничего не сказал. Вскоре к ним присоединились Берси и Скиди, и Торгрим повел их к ближайшему дому, жалкой саманной хижине, калитка которой была сорвана с кожаных петель. Войдя во двор, Торгрим увидел, что и дверь, сколоченная из нескольких грубых сосновых досок, тоже практически вырвана из косяка. Он приблизился к дому, но Железный Зуб доставать не стал. Он уже знал, что найдет внутри.