Он еще не полностью пришел в себя, не вполне осознавал, где находится. Луи понял, что обнажен, рядом с ним лежит Фэйленд и оба находятся под открытым небом, что казалось странным. Луи даже засомневался, действительно ли проснулся. И вдруг кто-то словно отдернул занавес, открывая вид из окна: Луи вспомнил все и сообразил, что именно ему так досаждало. Он не прогуливался по делам сердечным, он оказался здесь, потому что отправился в военный поход. Как мог он лежать тут, голый и беззащитный, и ожидать от своих солдат готовности к бою?
Луи постарался подняться как можно тише. Фэйленд слегка пошевелилась и что-то пробормотала, но не проснулась. Луи нашел свои штаны, затем тунику. Кольчуга так и валялась там, где он ее уронил, темная горка стальных колец едва виднелась в траве. Он простоял секунду, глядя на нее. Облачаться в нее не хотелось. Даже одежду он натянул с трудом, а вес кольчуги и вовсе казался ему непосильным.
— Merde, — прошептал он и потянулся за кольчугой.
Та издала звук, похожий на скрежет лопаты по гравию, когда он поднял ее и надел через голову. Он велел своим воинам спать в кольчугах, но не имел права заставлять их делать то, чего не мог выполнить сам. Это был первый урок, который преподал ему Ранульф, и, возможно, самый важный из всех.
Он поправил кольчугу и поднял меч с перевязью. Прежде чем снова лечь, он окинул взглядом поле, на котором спали бойцы. Он никого не видел: ни часовых, ни даже темных пятен, которыми должны были казаться спящие, но это его не удивило. Луна зашла за деревья, и теперь только звезды тускло освещали землю. Ему показалось, что он заметил фигуру, движущуюся по полю, но, возможно, она ему только мерещилась.
«Дозорный идет будить следующую стражу», — подумал он и с этой мыслью опустился сначала на колени, а затем на бок — рядом с Фэйленд, держа меч под рукой. Он напомнил себе, что выйти нужно будет до рассвета и его ни в коем случае не должны обнаружить в таком компрометирующем положении. Фэйленд придется одеться. Но в этот миг тепло ее тела под плащом, которое он ощущал даже сквозь кольчугу, и ее запах манили его слишком сильно. Он закрыл глаза и заснул.
А затем Луи проснулся. Он сам не понял почему. Не знал, как долго спал. Он открыл глаза. Лицо Фэйленд находилось всего в нескольких дюймах от него. Было темно, ночь еще не закончилась.
Он услышал шаги — тихие, крадущиеся. Луи приподнялся на локте, и тот, кто приближался, заметил его движение, после чего преодолел разделявшее их расстояние одним прыжком. Он наступил Луи на грудь, придавливая к земле. В слабом свете звезд Луи различил стальной блеск его меча. Незнакомец какой-то миг неподвижно держал свое оружие обеими руками, а затем опустил вниз, нацелив клинок в грудь Луи.
Глава двадцать третья
Облегчи, о владыка серых небес, ниспосланное нам бремя.
— Ублюдок! — воскликнул Луи на родном языке, когда меч устремился ему в грудь.
Он взмахнул правой рукой, отбивая клинок в сторону, подальше от лежащей рядом Фэйленд. Сталь заскрежетала по кольчужной рубашке и вонзилась в мягкую землю рядом с ним.
Нависший над ним человек ожидал, что клинок войдет в тело Луи, и промах вывел его из равновесия. Луи потянулся вверх, схватил его за правую руку, дернул на себя и перекатился, сбрасывая убийцу в траву.
Нападавший упал, а Луи покатился дальше, чтобы затем вскочить на ноги. Он поднял с земли собственный меч, сжал рукоять и стряхнул ножны. Услышал, как за спиной ахнула Фэйленд. Незнакомец, похожий на призрака, пытался подняться. Луи сделал выпад и почувствовал, как клинок скользнул по кольчуге. Незнакомец ударил рукой по мечу, отбивая его в сторону, и Луи поспешно отступил на случай, если последует контратака.
Но она не последовала. Убийца потерял меч, когда Луи опрокинул его на землю, и теперь стоял, пригнувшись, с кинжалом в руке, бесполезным против длинного меча Луи. Он закружил, пытаясь обойти Луи слева, пригибаясь к земле и держа кинжал наготове. Луи различил вдали шум голосов. Их схватка привлекла внимание, но он знал, что лучше не отворачиваться от этого противника. И он вовсе не собирался звать на помощь, чтобы его обнаружили в компании обнаженной Фэйленд.
— Брось кинжал и встань на колени, тогда я тебя пощажу, — прорычал Луи.
Незнакомец никак не отреагировал на это, и Луи понял, что говорил на франкском. Он начал мысленно переводить слова на ирландский, и тут вдруг убийца попытался обойти его справа, словно хотел увернуться от меча. Луи взмахнул оружием, преграждая ему путь. Быстрый, как змея, незнакомец сменил направление атаки, метнулся влево, но не на Луи, а на Фэйленд.