— Bâtard! — снова крикнул Луи и прыгнул вперед.
Он ощутил, что острие меча нашло цель, но силы этого укола оказалось недостаточно, чтобы пронзить стальное плетение кольчуги. И тогда, прежде чем кинжал вонзился в нее, Фэйленд схватила меч нападавшего, лежащий рядом с ней, и, широко замахнувшись, нанесла удар. Клинок плашмя стукнул убийцу по виску, отчего тот споткнулся и отступил.
Фэйленд уже стояла на ногах, причем она была в рубашке, как с изумлением обнаружил Луи. В руке она держала трофейный меч, который занесла над плечом, словно собиралась рубить дрова.
— Нет! — закричал Луи.
Он хлестнул мечом по затянутой в кольчугу руке незнакомца, и лязг металла громким эхом разнесся в ночи. Мужчина ахнул, кинжал упал. К ним приближались люди, судя по звуку шагов, один человек или больше. Теперь Луи рискнул оглянуться и увидел, как из темноты выступает Айлеран с мечом наготове. Клинок он обнажал на ходу.
— Айлеран! — крикнул ему Луи. — Я…
Но закончить фразу он не успел. Айлеран взмахнул мечом — так, чтобы ударить наверняка, — и полоснул убийцу по шее. В тусклом свете брызнул фонтан крови, убийца захрипел, задергался и, содрогаясь, рухнул на землю.
— Проклятье! — Луи постарался этим ограничиться.
Он не на шутку рассердился, поскольку хотел захватить нападавшего живым, хотел выяснить, кто послал его и почему. Луи знал, как заставить его говорить. Но теперь убийца был мертв, точнее, умирал на его глазах. И все же Луи сдержал свое разочарование. Он не хотел отчитывать Айлерана, поскольку тот считал, что поступает правильно.
Когда злость Луи немного улеглась, когда выровнялось его дыхание и вернулся дар речи, он сказал:
— Благодарю, Айлеран.
Айлеран ничего не ответил, только подошел к телу и, прищурившись, посмотрел на него. Убийца уже перестал содрогаться, и Луи догадался, что жизнь окончательно покинула его.
— Кто это? — спросил Айлеран. — Северянин?
— Мне так не кажется, — ответил Луи, пытаясь восстановить в памяти мимолетный образ человека, с которым дрался в темноте. Тот казался не более чем тенью, но Луи все же не думал, что он из норманнов.
Позади вновь раздался шум шагов, кто-то торопился к ним сквозь высокую траву. Они с Айлераном обернулись. К ним мчались, обнажив мечи, около полудюжины человек.
— Капитан! — услышал он полный тревоги голос Лохланна. Его спутники замедлили бег, а приблизившись, опустили оружие, осознав, что бой уже окончен. — Капитан Луи, бога ради, что происходит?
— На нас напали, — сказал Луи, и все взгляды обратились к Фэйленд, которая уже успела бросить меч и натянуть нагрудник и плащ поверх туники.
«Ничего не объясняй, никогда не объясняй», — мысленно повторял Луи лучший совет, который мог себе дать. И немедленно его проигнорировал.
— Ради чести дамы, — сказал он, — я решил, что ей лучше не ночевать среди множества мужчин. Я лично отвечаю за ее благополучие.
— Конечно, — сказал Айлеран, и Луи постарался не заметить намек, скрытый за этим словом. Он кивнул на мертвеца, лежащего возле их ног.
— Ты знаешь его? — спросил Луи.
Айлеран опустился на колени рядом с трупом и пригляделся. Схватил убитого за ворот кольчужной рубашки и перевернул на бок, чтобы лунный свет падал ему на лицо.
— Он не из моих людей, — хмыкнул Айлеран. — Не из тех, кого я знаю. И, как ты говорил, не северянин.
Луи кивнул:
— Когда взойдет солнце и мы сможем рассмотреть его повнимательней, вероятно, выясним больше. А пока что позволим бойцам поспать еще несколько часов.
Все прочие, хмыкнув, двинулись прочь, но Лохланна Луи тронул за рукав, веля ему остаться.
— Этот малый, — Луи кивнул на мертвеца, — это он приходил за мной в монастыре?
Лохланн поглядел вниз, на труп.
— Не знаю, капитан Луи, — сказал послушник. — Сложением похож, но тогда, в монастыре, мне не удалось рассмотреть его лицо.
Луи кивнул. Он так и предполагал.
— Хорошо. Иди спать. Возможно, при свете дня мы узнаем больше.
Взгляд Лохланна метнулся с Луи на Фэйленд и обратно.
— Хотите, я останусь поблизости? — спросил он. — Вдруг возникнет новая опасность.
— Нет, благодарю, Лохланн, — сказал Луи. — Полагаю, мне больше ничто не грозит.
Лохланн кивнул и оставил их с Фэйленд наедине. Как только он исчез в темноте, Луи повернулся к Фэйленд.
— Это был отличный прием и отличный удар. Ты умеешь обращаться с мечом.