Я усмехнулся. На лицо сама собой вылезла предвкушающая улыбка.
— Он без сознания, — ответил я так же тихо, чтобы услышал только Росс, — Но если он очнется до моего ухода… Что ж, остается только надеяться, что он достаточно благоразумен, чтобы не стоять у меня на пути. Поэтому думай, Росс, думай. Другой возможности может уже и не быть.
Оставив за своей спиной озадаченного наемника, я со спокойной душой пошел к выходу из заведения. На сердце была необычайная легкость. Озвучив свое решение, я отрезал себе путь назад, но от этого мне становилось только легче. Иногда правильный путь не самый простой.
— Куда ты сейчас? — услышал я громкий голос здоровяка, который привлек к себе и других посетителей.
— К Джону, — бросил я в ответ и, уже выходя за дверь, тихо добавил. — Он уж точно больше не в отряде.
Серебряные лучи лунного света пробивались сквозь грязные окна, озаряя тусклым светом каморку. На столе, в центре комнаты, лежала стопка грязных пергаментов, заляпанных чернилами. Грубые кожаные перчатки в следах засохшей крови и старая грязная свеча с пляшущим огоньком дополняли картину рабочего места.
В углу стоял открытый шкаф, заваленный склянками, в которых плескались жидкости различных цветов. Начиная с мутных с явным осадком отваров и заканчивая кристально-чистыми жидкостями, которые вызывали наибольшее опасение.
В воздухе витал аромат настоек и трав, но больше всего выделялся так знакомый мне запах лунного чая. В эту композицию ароматов едва заметно вклинивался металлический, оседающий на языке запах крови. Свежей крови. Он исходил от трупа старика, лежащего возле стола. Трупа, который буквально несколько минут назад был лекарем. Именно ему на попечение отдали Джона.
Сам же наемник, приподнявшись на локтях, удивленно смотрел на меня с поставленной в свободном углу кровати. Я молча подошел ближе, волоча за собой найденный стул. Темное дерево пола скрипело под моими шагами. Наконец, поставив стул, я разместился на нем и с интересом посмотрел на Джона.
— Как рука? — наконец-то прервал я молчание.
Уже бывший наемник с еще большим удивлением посмотрел на меня.
— Ты пришел сюда ночью, — начал он, постепенно распаляясь, — Убил лекаря, и теперь просто спрашиваешь, как моя рука? Ты с ума сошел, командир?
— Ты не ответил на вопрос, — спокойно произнес я, делая вид, что не услышал его.
Какое-то время мужчина недоуменно смотрел на меня, но, наткнувшись на абсолютно спокойный взгляд, был вынужден раздраженно выдохнуть.
— Нормально, — ответил он, подняв перевязанную культю, — Лекарь… точнее, уже мертвый лекарь сказал, что гниение не успело начаться. Месяц другой — и заживет.
— Хорошо.
— Может теперь расскажешь, зачем ты здесь? — в голосе Джона вновь прорезалось раздражение.
Я ответил не сразу. Внимательно посмотрев на бывшего наемника, я кивнул на труп.
— Мне не нужны лишние свидетели, — озвучил я причину убийства лекаря, — Потому что у меня к тебе есть предложение.
— Предложение? — переспросил Джон, — О чем ты?
— Я ухожу из отряда, — сказал я, ловя уже ставший привычным удивленный взгляд, — И предлагаю тебе отправиться со мной.
Услышав мои слова, собеседник сел на кровати.
— Ты серьезно? — спросил он меня, — Или тебе все же прилетело по голове? Какое «ухожу из отряда»? Какое «отправиться со мной»? Если ты не заметил, я больше не боец.
Для наглядности он помахал перед моим лицом своей культей.
— Я прекрасно вижу твою руку, Джон, — спокойно сказал я, чтобы потом с усмешкой добавить, — Точнее, ее отсутствие. Но я вполне серьезен в своих словах. Я ухожу из отряда.
— А я тогда тебе зачем? — продолжал гнуть свою линию бывший наемник. — Я калека.
— Калека, — кивнул я, — И более того, ты тоже уже не в отряде.
— Спасибо, что напомнил.
Он досадливо поморщился и посмотрел на свое увечье.
— Не за что, — ухмыльнулся я, — Что до того, зачем ты мне… Пока не решил, но найду, куда тебя пристроить. Ты же не думаешь, что…
Внезапно раздался тихий скрип половых досок. Звук доносился из-за двери. Показав Джону знак, чтобы он не шумел, я вскочил со стула и двинулся в сторону выхода. Шел медленно, наступая аккуратно, чтобы не скрипеть половицами. Когда до двери было рукой подать, раздался стук, после чего еще один. Когда ответа не последовало, за дверью началась тихая возня и послышалось едва слышное бормотание, больше похожее на споры.
Выдохнув, я резко открыл дверь.
— Какого хрена вы здесь забыли? — спросил я.