— Я думаю, — сказала Онга Монике, — здесь не обошлось без Земфиры и Танги.
— И что же вы хотите от меня?
— Если я не ошибаюсь, — сказал Ямато, — то вы владеете информацией о положении дел на Земле и вокруг нее. Мы заключили союз с ведьмами о совместных действиях против амазониток и заключили пакт о переустройстве мира после победы. Мы бы хотели, чтобы монтанистский орден присоединился к этому союзу в лице вас, как правопреемницы Главной Матери монтанистского ордена.
— Хитро придумано. Вы хотите одним ударом расколоть амазониток и получить тысячи шпионов на всех базах амазониток от Меркурия до Марса.
— Зачем же так? Мы никого не заставляем, мы предлагаем равноправный союз трех сторон.
— Мне кажется, стоит принять их предложения, — сказала Моника.
— Что ты говоришь? А кто это еще совсем недавно высказывался, что наша цель‒ борьба с язычеством, что нам нет нужды вступать в союз с космитами, что нам не нужны мужчины.
— Вот видишь, главная цель — борьба с язычеством совпадает с целью космитов, хотя и не во всех аспектах. А насчет мужчин, я, может быть, поспешила с выводами. И Моника кокетливо посмотрела на Ямато.
Хойл и Ямато с интересом наблюдали за перебранкой женщин. Они чувствовали, что чаша весов склоняется в их пользу.
— Да, и еще, я совсем забыл, — сказал Ямато, — вам большой привет от вашего офицера или как вы классифицируете, осы Виты 265/75. Она добровольно отказалась от чипа, и ее жизнь налаживается лучшим образом. У нее есть друг, Вита заканчивает курс реабилитации и не собирается возвращаться к амазониткам. Как видите, многие сказки о нас просто вымысел, мы никого не пытаем и не притесняем. Каждый делает выбор по своей воле.
Ямато передал Онге несколько фотографий Виты с Ником. Особенно ее поразила фотография, на которой Вита целует Ника, и что-то в ней в этот момент надломилось.
— Хорошо, я подумаю над вашим предложением, — сказала Онга.
— И еще, ‒обратилась к Хойлу Онга, — что это за блюдца вокруг моего корабля, перебившие моих шмелей?
— Это стрижи‒ мы пришли к выводу, что пора отказаться от линейного вида боя. Теперь мы имеем маленькие быстроходные маневренные корабли с мощным вооружением. Стрижи налетают на большие корабли противника, нанося им урон, в то время как большие корабли, несущие стрижей, находятся вне досягаемости главных калибров противника, ‒ответил Хойл.
«Это может кардинально повлиять на ход войны, —
подумала Онга, — маленькие корабли можно штамповать пачками, в отличие от больших. Правда, пребывая на Луне, она слышала о подобном классе кораблей и у амазониток под названием «шершни».»
— Наше время пребывания здесь истекает, нам необходимо срочно вернутся на «Немезиду», свое решение я объявлю по прибытию на крейсер, — сказала Онга. И они с Моникой направились к шлюзовой камере. Возвращаясь на крейсер на катере, Онга спросила Монику:
— Каково твое мнение по их предложению?
— Я думаю, надо принимать их предложение. Они дают нам шанс выжить, и не только нам, но и всему нашему ордену.
Тем временем на транспорте космиты обсуждали результаты переговоров.
— Ямато, как ты считаешь, согласятся они на наших условиях сдаться?
— Я думаю, сейчас речь должна идти не об их сдаче, этот вопрос я считаю практически решен, а о том, согласятся ли они участвовать на «Немезиде» в операции против Марса.
Онга, прибыв на крейсер, отдала приказ всем осам собраться в кают-компании. На нее смотрели три десятка пар глаз. Онга, не поднимая головы, и не глядя в глаза своим подчиненным, сказала:
— Мы окружены. Мне предложили достойные условия сдачи корабля. Я решила их принять, чтобы избежать напрасных жертв. Приказываю подготовить корабль к сдаче, всем сдать оружие в оружейный погреб. Двигатели заглушить. Все свободны.
И вдруг Онга встретилась с глазами Софы, сколько в них было презрения и ненависти. Софа поспешила выйти из каюты. Онга подозвала одну из своих ос, Зиту 16/356.
— Возьми свой рой и арестуй Софу.
Онга осталась одна в каюткомпании, ее терзали сомнения. В голове роились мысли:
— Что я наделала, может, стоит принять последний бой и умереть с честью. Нет, я должна отомстить за мать, ведь в моих руках «Немезида», богиня мщения.
Вдруг, на корабле раздался сигнал самоликвидации. Корабль через десять минут будет уничтожен, процесс остановить невозможно. Она сама так запрограммировала бортовой компьютер. Онга бросилась на капитанский мостик. Перед дверью лежала убитая Зита и два ее солдата. Она ворвалась в зал управления, или как его еще называют, капитанский мостик. В своем кресле второго пилота сидела Софа с простреленной головой, рядом с ее рукой лежал пистолет. Онга поняла‒это Софа запустила систему самоуничтожения и повредила блок управления. У нее не было дороги назад. Онга тяжело опустилась в свое кресло и закрыла лицо руками, она не плакала, она не умела плакать. Но ей было чертовски обидно, она так и не смогла отомстить за мать, у нее отняли последнее, ее «Немезиду». В зал вбежала Моника,