— Я собрала вас, сестры мои, ибо приближается наш день. День, который станет ночью для всего христова воинства. Сила христианского Бога тает. Эта «немощь, висящая на куске дерева», сумевший заставить поверить в сочиненную им ложь растерянных и бессильных людей. В этой войне за души, я видела самые ужасные стороны человеческой натуры и думала: где же Христос?
Сатана — вот подлинный хозяин вселенной — ее движущая сила. Мы должны ненавидеть своих врагов всем сердцем и, если кто-нибудь ударит вас по одной щеке‒ ударьте его изо всей силы по другой. Тот, кто подставит другую щеку — малодушный слизняк. Наша вера — это отмщение, а не смирение. Наступает день великого жертвоприношения. В эту великую ночь впервые священный алтарь обагрит кровь. Нет, не жертвенная кровь животного, а кровь некрещеного младенца, рожденного нашей сестрой от христианина, соблазнившего и толкнувшего нашу сестру на неправедный путь. Эта кровь очистит тело сестры от скверны и в этот миг великий дух сатаны войдет в очищенное тело. Зачатие ребенка будет означать‒ сатана принял жертву и возблагодарил нас, посылая нам своего ребенка, своего наместника среди людей.
Среди жриц поднялся шум:
— Как мы узнаем, какой знак даст нам сатана, что это его ребенок?
— Тише, сестры, наш хозяин уже указал где искать этот знак. После черной мессы мы проведем обряд гаруспиции. Только это будет не священное животное, а христианин‒ первый ступивший на Венеру, человек зачавший жертвенного ребенка, злейший враг нашего ордена. Сам хозяин отдал нам его в наши руки. И где как не в нем искать знак нашего господина.
ТАЙНЫЙ ГРОТ
Соня вошла в свой тайный грот, но малыша не было, кругом валялись разбросанные вещи.
— Опоздала, — сердце больно защемило, и невыносимая тоска разлилась по всему телу, руки и ноги стали ватные и, почти теряя сознание, Соня опустилась в кресло. Хотелось выть, рыдать, рвать на себе волосы, но на глазах только едва проступили слезы. Она знала, она давно себя к этому готовила, но всеравно это наступило так неожиданно. Открылась дверь‒ вошла няня малыша.
— Вам приказано передать, малыш переведен в безопасное место, вам с ним встречаться запрещено. Няня взяла кое– какие вещи малыша и вышла из грота. Соня бросилась за ней умолять позволить хоть раз еще увидеть сына, но нога предательски подвернулась. Потеряв равновесие, Соня упала, сильно ударившись головой. Открыла глаза. Как долго она находилась без сознания? Какое это теперь имеет значение? Ей вдруг стало безразлично, что будет с ней, с ребенком. Какой смысл волноваться? Все уже решено за неё. Зачем жить? У неё забрали самое дорогое. Ради чего терпеть все эти муки? Её взгляд уперся в черный шелковый шнурок, выглядывавший из -под ковра. Вот‒ судьба подсказывает выход, а крепкий гвоздь в стене она найдет сама. Соня протянула руку за шнурком. Что это, она не сразу сообразила: сильно болит голова. На шнурке болталось кольцо‒ змея с зеленым изумрудным глазом. Кольцо, наверное, слетело с малыша, когда его в спешке забирали отсюда. Это все что у нее осталось от ее сына и Ника. А, может, это само провидение подсказывает ей выход. Соня положила кольцо в карман и решительно вышла из грота. Она решила пойти ва-банк. Входя в грот, к амазонитке, Соня твердо решила: или они выходят союзницами‒ или из грота никто не выйдет. Не давая опомниться амазонитке, спросила,
— Вита, так ты вспомнила, откуда у тебя перстень?
— Я же говорила — это военный трофей.
— У меня совершенно нет времени играть с тобой в игры.
Соня достала из кармана перстень.
— Этот перстень я получила в подарок от подполковника, вернее, тогда еще майора — Ника Власенко. И тогда он поведал мне, что такой же перстень‒ змею с синим глазом‒ он подарил пленной амазонитке. Третий перстень, с красным глазом‒ у Ника. Я не знаю что тебя связывает с Ником, я не знаю твой настоящий статус — кто ты на самом деле‒агент космитов или агент‒ амазониток. Но если ты до сих пор носишь это кольцо‒ значит тебе, не безразлична судьба Ника. Вита, молча, смотрела на Соню, ни один мускул не дрогнул на ее лице, но тело напряглось, как струна. В ее голове крутились мысли: что это — психологический ход контрразведки ведьм–сатанисток или, действительно, этой ведьме что- то от меня нужно. Соня видела, как у амазонитки сузились глаза, как напряглось тело, она сильнее сжала рукоять пистолета, и уже не ожидая услышать ответ, вдруг услышала, скорее, прочла по губам Виты,
— Да, меня интересует судьба Ника.