— Пойдем. — Эми потащила Дэна за рукав.
Дэн уныло поплелся за ними.
— Отлично, — ворчал он по дороге. — Музей, тюрьма и неправильный город. Многообещающее начало.
— Ш-ш-ш-ш! — шикнула она на брата.
Они вошли в полукруглый, залитый светом зал со сводчатым потолком и стенами, украшенными мозаикой.
— Я видела, здесь есть библиотека!
— Ч-что?! — отпрянул от нее Дэн. — Этот чувак сказал — тюрьма, а не библиотека! Ой, простите, я забыл — ведь это же одно и то же…
Не слушая его, Эми уверенно пошла вперед, следуя за указателями, и вскоре они оказались в просторной комнате с высокими потолками и широкой винтовой лестницей.
— Чем могу быть полезна? — вежливо спросила их женщина с красивым кофейным оттенком кожи и седыми прядями в темных волосах.
На ней было скромное жемчужное ожерелье, оттенявшее цвет ее мягких карих глаз.
Эми смотрела на нее, и невольно ей подумалось, как в ЮАР назывался этот необыкновенный цвет кожи? Черный или цветной? И вдруг ей стало неловко за себя.
— Здравствуйте, я… э-э… Эми, а это мой б-брат, его зовут Дэн, и Не-нелли, — выдавила она.
— Мы собираем информацию про Чака Зулу, — не растерялся Дэн. — И еще мороженое. Если у вас есть.
— Американцы! Приятно вас видеть! — улыбнулась дама. — А меня зовут миссис Уинифред Тембека. Я библиотекарь. В основном здесь хранится литература по правам человека. Так что, увы, боюсь ничем порадовать вас не смогу. У нас очень мало материалов о Чаке. Хотя через два года здесь планируется провести выставку, посвященную Чаке.
— Через два года? — переспросил Дэн.
— Главный читальный зал находится на четвертом этаже, если желаете. А мороженое в буфете.
— Спасибо. — Эми снова потащила за собой Дэна. На этот раз к лестнице.
Читальный зал на четвертом этаже представлял собой необъятное пространство, заполненное бесконечными рядами книжных стеллажей.
— Кажется, это называлось центром по правам человека, — напомнил ей Дэн, вырывая у нее руку. — И что теперь? Перечитаем все книги про Чаку и будем искать в них ключ?
— Вера горами двигает, — ответила Эми, набирая на компьютере имя Чаки.
— Надеюсь, интуиция тебя не подведет, Эми, — обреченно вздохнула Нелли. — Так как наш маленький мистер Бен-Джерри прав. В смысле я тебя, конечно, очень люблю и все такое, но сдается мне, если мы такими темпами пойдем дальше, то остаток нашей жизни мы проведем в этих стенах.
Дэн уселся за другой компьютер, где ему ничего не оставалось, кроме как тоже присоединиться к этим абсурдным поискам. На клавиатуре красовался поблескивающий глянцем рекламный проспект, посвященный Холму Конституции. Дэн раздраженно смахнул его на стол, и случайно ему на глаза попалась верхняя строчка проспекта.
«Позорная история Номера Четыре».
Позорная история… Это, по крайней мере, интригует.
И он начал читать.
«Для того чтобы по-настоящему понять историю южноафриканского народа, его мужество и непреклонность в борьбе за свободу, мы начнем наш рассказ со старой тюрьмы Форт Пост, печально известной как Номер Четыре.
Она была построена на холме, который в те времена назывался Госпитальный Холм, и изначально ей было присвоено имя Ментонвилль. Открытие ее состоялось в 1893 году. Спустя несколько лет, когда британские переселенцы ойтландеры пытались совершить переворот и свергнуть правительство буров, вокруг тюрьмы был построен форт. Изначально эта тюрьма предназначалась исключительно для белых заключенных. А Номер Четыре была построена как тюрьма для аборигенов уже позже, и только для черных. Она славилась своими зверскими порядками и жестокими отношениями между заключенными. Например, информаторам там вырывали зубы и вешали их им на шею. Тюрьма была рассчитана на триста пятьдесят шесть заключенных, но очень скоро в ней отбывали срок одна тысяча сто человек. Вражда между группировками и кровавые стычки были не редкостью. Условия заключения были ужасны. В туалетах унитазы со смывным бачком появились лишь в 1959 году. В основном здесь отбывали срок именно политические заключенные: шахтеры, взятые под арест во время забастовок; противники апартеида, осужденные за мельчайшие правонарушения; те, кто осмелился выступать против паспортного режима; студенты, участвовавшие в восстании 1976 года в Соуэто, — все они содержались в Номере Четыре. Среди политзаключенных были также и многие видные деятели Африканского Национального конгресса, включая Нельсона и Уинни Мандела, ветерана правозащитного и освободительного движения Альбертину Сесулу и президента Национального Африканского конгресса Оливера Р. Тамбо».