— Ну, как твоё возвращение в родные пенаты? — спросила ректор, опуская формальности. Её пальцы с длинными, бледными фалангами сложились в замок на столе. Кольца с тёмными камнями поглощали свет, не отражая его, — Дом всегда требует времени на привыкание.
Эвдокия откинулась на спинку стула, её тёмный силуэт казался инородным пятном в этом кабинете учёности. Она отметила знакомый эпитет, что использовала госпожа Ректор, и лёгкая, почти невидимая улыбка тронула её губы.
— Потрясающе, — Эвдокия откинулась на спинку стула, и серебристая прядь упала ей на лоб. — Как птенец, которого вернули в гнездо, хотя он уже прекрасно научился летать сам. Несколько… навязчиво с его стороны.
— Он просто рад своей хозяйке. Дома рода Морвен всегда были своенравны. Особенно этот. — Владислава слегка склонила голову. — Я рада, что ты согласилась вернуться и занять кафедру. Не каждому поколению выпадает честь учиться у прямой наследницы основателей. Ученики прибывают на следующей неделе, и твоё присутствие придаст… весомости учебному процессу.
«Весомости. Как интересно она это называет. Словно я древняя реликвия, которую достали из запасников для устрашения», — промелькнуло у Эвдокии в голове.
— Не льстите, Владислава. Мои методы могут показаться им несколько архаичными. Да и гостям из мира снов, которые обожают навещать мою спальню, вряд ли понравится шумная аудитория.
Ректор не выразила ни удивления, ни беспокойства. Её лицо осталось невозмутимым полотном.
— Дом будит воспоминания. И кошмары. Это неизбежно для крови вашего рода. Но именно эта кровь, Эвдокия, является фундаментом этих стен. Без неё академия — просто груда камней. Ваше возвращение стабилизирует магию места. Не сразу, не за одну ночь, но процесс уже начался. Я это чувствую.
Эвдокия подняла бокал с остывшим чаем, который ей так и не предложили, и сделала медленный глоток. Горьковатая жидкость обожгла горло.
— Надеюсь, он стабилизируется до того, как последние мои волосы поседеют, — сухо парировала Эвдокия. — А то первокурсники примут меня за привидение.
— Сомневаюсь. Они будут слишком заняты попытками впечатлить легенду, — Владислава позволила себе лёгкую, почти невидимую улыбку. — Просто дай себе время. И дому. Он должен к тебе заново привыкнуть. А ты — к нему.
«О, он уже привыкает. Слишком активно», — подумала Эвдокия, чувствуя под рукавом лёгкий зуд магической метки.
— Постараюсь не разочаровать ни его, ни вас, — она поднялась, её тёмное платье скользнуло по дереву стула без единого звука. — Если на сегодня всё? Я хотела бы осмотреть библиотеку до того, как её заполнят шумные гости.
— Конечно, — кивнула Владислава. — Рада твоему возвращению, Эвдокия. Искренне.
Эвдокия лишь кивнула в ответ и вышла из кабинета, оставив ректора наедине с её артефактами и уверенностью в том, что всё идёт согласно плану.
Оставшийся день она провела, бродя по пустынным коридорам академии. Она заглянула в библиотеку — огромную, многоярусную, с галереями, теряющимися в полумраке под потолком. Воздух здесь был сухим, наполненным знанием и тишиной. Почти священной.
Она подошла к одному из стеллажей, провела пальцем по корешку старого тома. «Хроники Рода Морвен». Она не стала его вытаскивать. Она и так знала, что там написано. О сделках. О цене. О тьме, что пустила корни в их крови.
Она нашла уединённый уголок у высокого окна и уселась на подоконник. За стеклом снова сгущался туман. Сумерки подкрадывались быстро, воруя краски дня.
Она чувствовала себя загнанным зверем. Приманкой в ловушке, которую расставила сама же много лет назад. Дом окружал её, давил своей многовековой историей, своим ожиданием.
Ее взгляд оценивающе скользил по периметру, когда она увидела их. На стекле, запотевшем от её дыхания, сидели комары. Не один и не два. Десятки. Они сидели недвижно, образуя странный, почти симметричный узор.
Она медленно подняла руку, чтобы стереть его, но замерла.
Комары не шевелились. Они были частью узора. Частью чего-то большего.
И тогда она поняла, что это не просто скопление насекомых. Это был символ. Тот самый, что жёг её запястье. Круг. Улей. Гнездо.