Врач взял снимки, которые лежали на столе. Он стал показывать их.
- У вашей бабушки сотрясение мозга тяжёлой степени, - мужчина указал пальцем на место, где чётко была видна травма, - это значит, что у неё амнезия. Ирен ничего не помнит.
- Её кто-то ударил сзади? – спросил я, примерно понимая, как произошла травма головы.
- Да.
Я тяжело вздохнул. Новое расследование. Хочу обратиться к Мэри, чтобы меня восстановили на работу. Я хочу выяснить, кто мог ударить бабушку и за что. Стоп… Бабушка пыталась мне что-то сказать. Она хотела что-то показать. Кажется, бабушка говорила, что нашла кое-что в вещах Риты. Интересно, слышала ли она наш разговор? Если да, то Рита могла сообразить, о чём говорила бабушка. Так… Что может хранить в своих вещах Рита? Что-то связанное с убийством Шелли? Скорее всего. Может, Рита самостоятельно нашла важные улики, но забыла мне рассказать об этом? Или…?
- Нам можно к ней? – спросила Рита. Мои мысли тут же испарились, и я посмотрел на лечащего врача.
- К сожалению, нет. Ирен очень слаба, и ей нужен покой. Приходите завтра.
Мы попрощались с мужчиной и уехали домой. Я не мог уснуть: страх потерять ещё одного родного человека усиливался, в голове были только негативные мысли, хотя я заставлял себя думать о хорошем. До раннего утра я бродил из комнаты в комнату, выпил несколько чашек кофе, думал о словах Шелли во сне, о словах бабушки. Что происходит вокруг меня? Почему я до сих пор не раскрыл убийство девушки? Почему я топчусь на месте в расследовании уже так долго? Разве так поступают истинные сыщики?
Когда солнце поднялось высоко, я отправился в детективное агентство. Как же хорошо, что Мэри была в своём кабинете. Если бы её не было, мне бы пришлось ездить по всему городу, чтобы найти начальницу.
– Джефф, как отдых? – язвительно спросила Мэри.
Я сел в кресло.
– Отдых? Какой к чёрту отдых?
– Да, действительно. Слышала, что ты отправил какой-то блокнот на экспертизу, – улыбнулась она, – значит, ты нарушаешь мой приказ?
– Я не нарушаю, а доказываю, что Шелли убита, в отличие от других, я в этом уверен.
– Что ты от меня хочешь? Увольнения за нарушение или что?
– Хочу работать вновь. Хочу узнать, кто ударил мою бабушку по голове, – Мэри напряглась от услышанного, ей захотелось подробностей. – Ночью позвонил врач, сказал, что бабушка попала в больницу. Там я узнал, что у неё амнезия, – коротко объяснил я. – Понимаешь, этот убийца снёс всё то, что мне дорого. Я не хочу, чтобы он убил и её! – я перешёл на крик, чувствуя, что вот-вот сорву голос.
– Ох! Как же ты меня достал, Джефф! Я не знаю, каким языком тебе сказать, что Шелли покончила жизнь самоубийством, что её никто не убивал! Я запретила тебе заниматься расследованием, но ты всё равно продолжаешь это делать, – Мэри выдохнула. – Ладно, ты всё равно не успокоишься. Хорошо, я разрешаю тебе вернуться на работу. Но у меня возникает вопрос: почему ты просишь только за себя? Почему не просишь за свою подружку Риту?
– Неважно.
Смысл слов Мэри дошёл до меня не сразу. Но когда я понял, что она разрешила вернуться на работу, то почувствовал радость. Добившись того, чего я хотел, я ушёл из кабинета Мэри, а затем и из самого агентства. Сразу направился в больницу, так как очень хотел увидеть бабушку.
Я медленно шёл по коридору больницы, слыша, как каждый шаг отдаётся гулким эхом. В груди комок тоски давил так, что трудно было дышать. У палаты номер 14 я остановился, собираясь с духом. Почему? Почему убийца притронулся к моей бабушке? Чтобы вновь лишить меня родного человека, наполнить мою душу очередными страданиями? Нет. Убийца действует только в своих интересах. А может, он и не связан с бабушкой вообще? Может, её ударил совершенно другой человек? Я это выясню, но у меня есть чутьё, которое подсказывает, что бабушку ударил именно убийца.
Я тихонько приоткрыл дверь и вошёл. Бабушка лежала на кровати, её волосы растрепались, на лице – усталость и растерянность. Она посмотрела на меня. Её взгляд был пустым. Я подошёл ближе.
– Бабушка, – прошептал я, надеясь на чудо. Я до последнего надеялся, что лечащий врач ошибся. Но… Нет.
– Простите, я вас знаю? – спросила она тихим, дрожащим голосом.
Смысл этих слов дался мне очень тяжело. Мне хотелось крушить, кричать, закрыться ото всех. Да, я понимаю, что амнезия может быть временной, но её вопрос ударил по сердцу, задел за живое.