– Это я, Джефф. Твой внук.
Бабушка нахмурилась, словно пытаясь что-то вспомнить. Но в глазах до сих пор сидела пустота.
– Джефф… Простите, я не помню.
– Ничего, бабушка, – я взял её холодную руку в свою, – всё в порядке. Я помогу тебе вспомнить.
Путь к возвращению памяти будет долгим. Но я знаю одно: оставлять я её не хочу. Я немного посидел в палате, а затем направился домой. Когда пришёл, меня ждала ароматная еда.
Я выглядел грустным, тоскливым. Рита не задавала лишних вопросов, возможно, понимала всё сама. Но я решил задать один.
– Вчера мне бабушка рассказала, что в твоих вещах нашла важные улики. Меня это удивило, и возникло много вопросов. О каких уликах идёт речь?
Рита улыбнулась, а затем ушла на второй этаж. Спустя несколько минут она принесла конверт и телефон. Женщина дала их мне. В конверте лежала фотография моей разбитой машины, а в телефоне – странные переписки: где-то человек договаривался с кем-то, где-то приходил ответ от Роджера. В общем, переписки, которые напрямую связаны с убийством Шелли.
– Я провела своё мини-расследование. Нашла улики, но не самого убийцу, к сожалению, – объяснила Рита. – Видимо, когда твоя бабушка вчера убиралась, то нашла их и подумала, что к убийству отношусь я. Прости, что не сказала про улики.
– Но как ты нашла их, но не нашла убийцу?
– Я решила заново проверить квартиру убитой. Чутьё подсказывало, что мы там что-то упустили. Обыскав всё ещё раз, нашла телефон и фотографию. Видимо, в квартире всё-таки кто-то жил, помимо Шелли.
Странно, ведь я там обыскивал и ничего не нашёл. Плохо смотрел или убийца прячется в той квартире, ведь не зря мне снилась Шелли? Может, это была подсказка, которую я не заметил.
– Обрати внимание, что в некоторых чатах есть женское имя, – произнесла Рита.
Я начал просматривать все переписки. И, действительно, в нескольких из них было имя – Кэрол. А вот, видимо, убийца Шелли.
– Я смогла узнать, кому принадлежит телефон и сим-карта, – я поднял глаза на Риту, та продолжила: – Кэрол Санчес.
– Есть адрес?
Рита кивнула. Я обнял любимую, чувствуя облегчение, ведь мы сегодня можем поймать убийцу, и весь кошмар, наконец, закончится.
Мы прибыли на место, когда солнце уже начало садиться, окрашивая небо в багровые и оранжевые тона. Дом Кэрол Санчес, аккуратный маленький коттедж с палисадником, казался зловеще спокойным. Рита прошла вперёд, а я на какое-то время остался снаружи, задумавшись. Скоро можно будет вдохнуть с облегчением, ведь мы раскроем убийство той юной девушки, узнаем правду: что происходило с Шелли до дня её смерти, почему Кэрол спрятала самую важную улику в доме на холме, и получим другие ответы на вопросы.
Рита выбежала из дома, её лицо выражало мрачную тревогу.
– Джефф, она мертва. Кажется, самоубийство.
Я в ужасе побежал внутрь дома, не веря в то, что услышал.
В гостиной царил идеальный порядок. На столе – предсмертная записка, написанная тем же ровным почерком, что и тогда в ванной Шелли. Кэрол просила прощения у всех, кого обидела, и говорила, что не может больше жить с этим бременем. Рядом стоял бокал с недопитым вином и пустая упаковка снотворного.
Кэрол лежала на диване, её руки аккуратно сложены на груди, глаза закрыты. Никаких признаков борьбы, насилия. Чистое самоубийство, но что-то меня смущало. Я присел рядом с телом, внимательно осматривая лицо Кэрол. Губы слегка посинели, что соответствовало отравлению снотворным. Однако в выражении лица не было ни страха, ни отчаяния, только усталость.
Я поднял бокал с вином, понюхал его. Миндальный запах. Цианид. Его добавили в вино, чтобы ускорить процесс. А снотворное было лишь отвлекающим маневром. Кэрол невиновна, я чувствую это. А я только обрадовался, что дело закрыто.
Глава 22. Потерянные воспоминания.
Мы снова оказались в кабинете Гарварда, где ощущался знакомый запах, но теперь к нему примешивался навязчивый, сладковатый аромат цветов, явно призванный замаскировать первоначальный.
– Официальная версия – переизбыток снотворного, – произнес Гарвард неторопливо, словно каждое слово давалось ему с трудом. Казалось, он не хотел тратить на нас своё время.
Рита протянула ему снимок жертвы.
– Она была отравлена цианидом. В остатках вина обнаружили следы яда, – констатировала она.
Гарвард глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Вы заблуждаетесь. Я выполнил все требуемые исследования. В крови нет никаких признаков цианида. Это самоубийство, Джефф, – Гарвард протёр свои запотевшие линзы очков и водрузил их обратно на нос, – обыкновенный суицид.