Но при этом я молчала, не зная, что сказать. Оправдываться? Что-то придумать? Переубедить Кэрол? Разве в этом будет смысл? Конечно, нет. Хотя… Попытаться стоит.
– Боже, подружка, ну у тебя, и фантазия! Кэрол, я не знаю, откуда она у тебя взялась, но я отвечу на твои первые вопросы. Первое, в синяках моей дочери нет ничего криминального. Шелли – ребёнок и вполне могла удариться во время игры. Второе…
– Теперь я всё понимаю, – перебила Кэрол, – теперь я понимаю, почему твоя дочь всё время сидит взаперти. Из подруг только я одна, а Шелли всё время в комнате, потому что обслуживает клиента. Ты скрываешь свою дочь от всех, кроме меня и извращенцев. Я в первый раз подумала, что это странно. Теперь же… – в глазах Кэрол стоят слёзы, ещё чуть-чуть, и одна из них польётся по щеке. Вот в ком свет был. Кэрол жалко Шелли, она явно хочет спасти её, – я обращусь в полицию!
Кэрол поднялась из-за стола. Шатаясь, женщина пошла к выходу, но я схватила её за руку. Я держала крепко, настолько, что аж на коже появлялись следы от моих ногтей.
– Не смей! Иначе тебе будет хуже.
Кэрол смогла отдёрнуть руку. Женщина в страхе выбежала из дома.
Благо, это был лишь пьяный трёп. Кэрол ничего не помнила из того, что сказала, но для меня она стала врагом.
После убийства Шелли.
Я позвонила Кэрол спустя долгое время после того разговора. Давняя подруга, ставшая мне врагом, была удивлена моим звонком, а после и визитом. В моей руке, как и много лет назад, была бутылка красного вина. Мы сидели в гостиной, бокалы стояли на столике, но я не пила, потому что знала, что вино отравлено цианидом.
– Ведь убила её ты, – проговорила пьяным голосом Кэрол, а я понимала, что ещё несколько минут, и она погибнет.
– Я убью и тебя, дорогая, – с ехидством произнесла я.
Давняя подруга посмотрела на мой бокал с вином и, кажется, поняла, что я ни разу не притронулась к алкоголю.
– Что ты сюда добавила? – прошептала она со страхом в глазах.
– Разве это имеет значение? Твоя смерть совсем близко.
– За что?
Какой мотив руководил мной, когда я лишала её жизни? Почему я решила свалить на неё всю вину? Потому что она раскрыла правду о моей семье. Потому что она вознамерилась обратиться в правоохранительные органы и дать против меня показания. Потому что её проницательность поселила в моей душе ужас, ведь арест мог произойти в любой момент. Потому что Кэрол, которая когда-то была близким человеком, превратилась в угрозу.
Увы, я не смогла высказать ей всего этого, так как моя старая подруга навеки погрузилась в сон. Я постаралась представить все как преднамеренный уход из жизни. Якобы, причиной смерти Кэрол стала чрезмерная доза снотворного. Я даже оставила прощальную записку, в которой от её имени признавалась во всех моих злодеяниях.
Я покинула дом, надеясь, что не упустила ни одной детали, но проклятый бокал с вином остался на столе. Опытный следователь непременно почует в нём следы отравы. Меня снова охватила дрожь. Страх быть обнаруженной вернулся. Хотя, как меня смогут найти? Я снова откуплюсь от Гарварда, чтобы он подтвердил отсутствие криминала при вскрытии. Главное, чтобы этот болван Джефф не заметил главную улику в доме.
Но он заметил.
У меня не было на месте сердце, и я решила посмотреть на ноутбуке камеры домика на холме. Когда я увидела машину детектива, то сразу начала писать бандиту, который следил за порядком в доме, чтобы тот поймал Джеффа. Я сказала, что он является преступником. Пока бандит со своими дружками доехал, Джефф оттуда уже уехал.
Сердце рухнуло в пятки. Я прекрасно понимала, куда детектив отдаст главную улику, поэтому начала искать человека, чтобы, соответственно, ему заплатить. Но было уже поздно. Меня повязали, и теперь я сидела в комнате допросов.
Джефф.
Правдивая история Риты была болезненной для меня. Столько всего она совершила: прикинулась детективом, вошла в моё доверие и убила немалое количество людей. Самое главное, Рита убила свою дочь, а затем и мою.
– Ведь ты же спасёшь меня, любимый? – спросила женщина, глядя в мои глаза.
– Нет. Твою гнилую душу спасёт только могила.
С этими словами я покинул комнату допроса. Дома я достал бокал и бутылку виски. В ушах звенело. Как…? Я не мог поверить, что добрая и заботливая Рита оказалась маской, костюмом, чтобы я стал доверять ей. В комнате допроса я увидел её настоящую сущность: гнилую, отвратительную и неприятную личность.