Когда я подошёл к машине, то увидел столь неприятную картину. Мой автомобиль выглядел ужасно. Стёкла разбиты, шины спущены, и на всём кузове написано:
"Не копай на меня! Иначе будет хуже!".
Кто написал мне сообщение, по почерку не понятно. Но я позвонил одному хорошему знакомому, который может увезти машину на ремонт и вернуть её в прежний вид. Денег он берёт не так много, но я оставляю ему чаевые, потому что ситуации бывали разными. То, что сегодня сделали, можно сравнить с детской шалостью. Эта машина "страдала" намного хуже. К примеру, выбивали фары, оставляли автомобиль без крыши. Ощущал себя в тот момент богатым человеком, который купил кабриолет.
Через полчаса приехал молодой мужчина в грязном комбинезоне, который поведал многое. Он посмотрел на мой автомобиль и рассмеялся.
– Но ты продолжишь искать информацию о человеке?
Я с ухмылкой кивнул. Конечно, я буду искать его. Сообщение говорит само за себя, что Шелли убили. Знакомый увёз авто, а я вызвал такси и отправился в квартиру убитой. Может быть, криминалистов подкупили? Может быть, они специально ничего не нашли, специально закрыли глаза на важную деталь?
Когда оказался в квартире Шелли во второй раз, я понимал, что упустил этот уют. Она была наполнена мягким светом ламп, и я заметил аккуратность: каждая вещь лежала на своём месте, ничего не выдавало беспорядка. Я зашёл в одну из комнат и сразу понял, что это спальня Шелли. Стены окрашены в пастельные тона – нежно-розовый и светло-голубой, создавая ощущение лёгкости и простора. На одной из стен висел большой постер с изображением звёздного неба, подсвеченный светодиодной лампой. Мебель была стильная и функциональная: небольшой письменный стол, мягкий диванчик с подушками, шкафчик с книгами. В углу стоит музыкальный центр. Что меня удивило, так это то, что нет фотографий друзей, семьи или банально с ней самой. Обычно девушки в её возрасте любят делать фотографии, позировать на них. Но ладно, такое бывает. Подозрительного в этом, в принципе, нет. Возможно, девушка недавно переехала и не успела обжиться.
Я внимательно осмотрел каждый уголок, проверил шкафы, полки, даже заглянул под кровать. Но ничего не нашёл. Всё было слишком чистым, слишком правильным. Это начинало меня беспокоить.
В кухне, гостиной, коридоре ничего не было. Скорее всего, я ошибся, когда думал, что криминалистам дали взятку. В этой квартире действительно нет подозрительных предметов или подсказок, что девушка убита. Осмотрев ещё раз помещение до мелочей, я понял, что смысла находиться здесь нет. Поэтому я покинул квартиру, вызвал такси и отправился в кабинет частного психолога. Да, на меня столько навалилось, что я не в силах с этим справиться. Погода была прекрасная, и я воспринял это как добрый знак перед визитом к специалисту. Благодаря расторопности таксиста, выбравшего оптимальный маршрут, я прибыл на сеанс без опозданий.
В комнате царил приглушенный свет, исходивший от настольной лампы, отбрасывающий мягкие желтоватые блики. Интерьер дополняли кожаные кресла, обтянутые темно-зеленым бархатом в тон кабинету. Передо мной расположилась женщина средних лет с проницательным и слегка грустным взглядом. В воздухе чувствовался аромат кофе и свежезаваренного чая, перемешанный с легким запахом дорогого парфюма.
Я опустился в кресло, и мои руки бессильно лежали на коленях.
– Я в тупике, – произнес я, – словно застрял в бесконечном кошмаре.
Психолог молча кивнула, предлагая продолжить.
Недавно я пережил развод. Моя бывшая жена увезла нашу дочь в Испанию. Я вижу их во сне. И работа…
– Что происходит на работе?
– Дело, которое я веду. Несколько дней назад произошла трагедия – девушка покончила с собой, но я… Не могу поверить в это. Меня не покидает ощущение, что здесь что-то нечисто. Все коллеги убеждены, что это самоубийство, ведь нашли предсмертную записку и лезвие. Но я чувствую, что это не так. Я замечаю детали, которые не складываются в картину самоубийства.
Психолог задавала вопросы, на которые я отвечал. Под конец сеанса она посоветовала мне довериться кому-то, разделить это бремя, а не нести его в одиночку. Скептически восприняв её слова, я покинул кабинет. Закрывая дверь, я случайно задел девушку. Подняв взгляд, я узнал Риту. Протянув руку, я помог ей подняться.
– Что ты здесь делаешь?
– Иду на приём к психологу, – ответила она.
– Зачем?
– Я работаю над детской травмой. Впрочем, это неважно, – она замолчала, что-то обдумывая, – не подождешь меня? Я хочу пригласить тебя на кофе и обсудить дело Шелли.