— Килограмм сто двадцать граммов, — сказала она медленно, переводя взгляд с него на весы, — Ты сбросил больше килограмма, Джат.
Он хотел пошутить на этот счет, но у него не получилось — взгляд Кло говорил, что шутка в любом случае не вызовет смеха.
— Надо же. А я как будто ничего и не почувствовал. Но это же потрясающе, да? Ты всегда хотела, чтобы я выглядел стройнее. Да и Чандрама не уставал пугать меня проблемами с сердцем от излишнего веса.
— Но ты никак не мог похудеть серьезнее, чем на триста граммов, как ни старался. Даже когда был на диете.
— О, как же, помню! Я сжевал травы больше, чем среднестатистическая корова на альпийском лугу Земли за всю свою жизнь. Ну, теперь ты видишь, что диета — не самый лучший способ. Спасибо больничной койке, а? Только не проси меня сбросить еще больше, с меня, пожалуй, уже хватит.
— Джат, если человек ест за троих и худеет, это может означать сбой в работе щитовидной железы, паразитов, онкологию…
— Вот еще! Когда я лежал в госпитале, меня разве что не разбирали на части. Я абсолютно здоров… — он осекся, — Ну, я имею в виду — для полутрупа.
— И ты все еще не хочешь сходить к врачу?
Маан поморщился.
— К врачу? Кло! Да мне будет стыдно в госпитале показаться. Подумать только, меня выкинули оттуда едва способным ходить инвалидом, пообещав койку до конца жизни. А теперь я заявлюсь к ним, здоровый, на своих двоих, жалуясь на то, что похудел на кило сто двадцать?! Господи, да надо мной смеяться будут даже на Земле!
Но отговорить Кло было непросто.
— Ты можешь сходить к своему приятелю Чандрама, — сказала она решительно, — Раз уж так боишься.
— Визит к нему стоит социальных очков, если ты не забыла.
— Пусть. Но я буду знать, что с тобой все в порядке и твое выздоровление… под контролем.
Наверное, ему стоило согласиться. Он-то знал, если Кло что-то решила, переубедить ее в этом — пустая трата времени. Как тогда, когда она решила, что им стоит бросить курить.
Лучше согласиться, нанести короткий и необременительный визит к Чандрама, выпить с ним по пятьдесят миллилитров отменного «Sean nathair» и заручиться его поддержкой и объяснением.
«Какой вздор! — в то же время сказал в его голове чей-то голос, — Идти на поводу чужих домыслов только ради того, чтобы погасить раздутые кем-то из искры страхи. Между прочим, она сама уже год как собирается похудеть на пятьсот граммов, а попробуй ей только об этом напомнить!».
НоМаан уже взял себя в руки.
— Я схожу к Чандрама, — кивнул он миролюбиво, — На следующей неделе, хорошо?
Кло сомневалась. С одной стороны, Маан принял ее решение, но с другой — его обещание выглядело слишком необязательным.
— В понедельник, — она назидательно подняла вверх указательный палец, — И не позже.
— Так точно! — Маан козырнул левой рукой, — Будет исполнено!
Возвращаясь в гостиную, где Бесс все так же смотрела теле, Маан подумал, что, когда у тебя действительно хорошее настроение, испортить его не так-то и легко.
Доктора Чандрама ему пришлось увидеть гораздо раньше понедельника.
Это случилось неожиданно, в субботу, когда Кло, затеяв большую уборку, снимала со шкафа разноцветные керамические вазочки, чтобы почистить их от пыли.
Маан стоял рядом, разбирая здоровой рукой книги и водворяя их на места. Их было не очень много, но Маану нравился звук, с которым перелистывались тонкие пластиковые страницы, и он не спешил.
А потом он услышал возглас Кло и, скорее почувствовал, чем увидел скользящую вниз крошечную тень. Все произошло быстрее, чем мозг успел проанализировать ситуацию, а тело среагировало само, рефлекторно, не задумываясь.
Сперва он ожидал резкого треска, с которым керамическая вазочка разобьется о плитки пола, треска — и горестного восклицания Кло.
Она любила все эти глупые милые безделушки, которые из года в год множились, заполоняя все полки, этажерки и ящики дома.
Но треска не было, и Маан озадаченно бросил взгляд вниз, пытаясь понять, где закончился полет уроненной вазочки. На полу не было осколков, но и зацепиться в полете было не за что — все полки были забиты книгами так, что свободного места попросту не оставалось.
С опозданием в несколько секунд Маан ощутил, что сжимает пальцами что-то твердое и округлое. Но в его руке была лишь книга, которую он незадолго перед этим снял со своего места.
И только услышав громкий вздох Кло, Маан догадался перевести взгляд.
Вазочка и в самом деле была в его руке — в его правой руке. Хотя та практически вся была скрыта тяжелым гипсовым коконом, оставляя свободными лишь немощные бледные пальцы, которых он не мог заставить пошевелиться, теперь эти пальцы сжимали, сцепившись, будто когти, маленький керамический цилиндр.