Маан гнал такие мысли прочь, и подчас это давалось ему с огромным трудом.
Лучше всего в такой ситуации было продолжить путь — дорога быстро настраивала его на нужный лад, заставляя выбросить из головы все второстепенное, не относящееся к собственной безопасности.
У Гнильцов не бывает семьи.
ГЛАВА 22
Он привык считать, что является единственным полноправным хозяином этого подземного царства, но вскоре судьба предоставила ему возможность убедиться в обратном и сделала это весьма внезапно.
Все случилось на Краю Мира, месте, где действительность заканчивалась. Маан дошел до одной из последних секций системы водоснабжения, залегающей под каким-то из окраинных жилых блоков, примыкающих к внешней стене купола. Здесь пролегала черта, за которой человек пока был бессилен.
Маану понравились здешние места, где не встречались широкие тоннели центральных систем, такие огромные, что в них могли бы проехать в ряд три-четыре грузовика. Это походило на периферию города, только безлюдного, пустого.
Узкие лазы, давно не ремонтированные трубы, извергающие из себя целые водопады, истлевшая от времени проводка и мертвые лампы, которые никогда больше не загорятся, похожие на причудливые подземные грибы.
Здесь очень давно не было человека.
Наверху был окраинный жилой блок, один из многих на Луне, населенный людьми, чей социальный уровень едва ли был и восьмидесятым. Бесправный скот, легализированные рабы, не имеющие надежды подняться выше текущего состояния.
Они пили неочищенную воду, отдававшую металлом, которая выедала их внутренности к тридцати годам. О здешней системе водоснабжения, примитивной, обветшалой, давно никто не заботился. Но Маана это вполне устраивало.
Край Мира показался ему после гулких центральных тоннелей глухим углом, в котором он мог отдохнуть от своего бесконечного выматывающего пути в никуда.
Здесь не было исполинских двигателей, ревущих так, что глаза вибрировали в глазницах, не ходили досаждающие рабочие, и почти не было риска наткнуться на оголенный силовой кабель.
После того как Маан ненароком задел один подобный, он стал серьезно относиться к этой новой опасности, которую прежде недооценивал. Тогда его лишь оглушило, отшвырнув метров на пять в сторону, после чего еще несколько дней к привычной боли в позвоночнике прибавилось жжение в опаленной лапе, на которой остался белесый глубокий след — точно бичом стеганули.
В этом месте во всех отношениях был спокойней, и Маан сознательно задержался здесь. Он заслужил отдых, хоть и не собирался оставаться в этом месте надолго.
Маан находил прорвавшие трубы с горячей, извергающей густой пар, водой, устраивался в вымытых ими ложбинах и принимал своеобразные ванны. Его организм не нуждался в воде, но эти ощущения были приятны, к тому же от них на время переставали донимать его старые раны.
Когда он чувствовал голод, то выбирался на охоту. Маан научился делать это осторожно и грамотно, никогда не уничтожая больше, чем было необходимо для поддержания жизни и сил.
Здесь, под гнилыми трущобами, простиравшимися на много квадратных километров, было полно крыс, и Маан никогда не знал голода. Один раз ему даже попался одичавший тощий кот, вероятно, каким-то образом попавший сюда с поверхности. Поколебавшись, Маан не стал трогать его. Это уродливое существо с загнанным взглядом больных желтых глаз, напоминало его самого.
Край Мира настолько пришелся ему по душе, что Маан решил сделать его своей резиденцией, куда можно возвращаться после вылазок в шумные, залитые в бетон, центральные секторы.
Мир, в котором обитал Маан, был настолько огромен, что он не надеялся обойти и половины его за отпущенный ему срок, но, изо дня в день чертя на мысленной карте маршрут своего движения, Маан постепенно открывал его изощренную, не подчиняющуюся обычным правилам, географию.
Как человечество, совершив рывок Большой Колонизации, шаг за шагом открывало Луну, испещряя новыми названиями Кратер Тихо и древнее Море Спокойствия, Маан исследовал личную планету, создавая собственные имена и обозначения для рукотворных мест.
Сырая Долина. Пустой Город. Крысиный Угол.
Слова приходили сами, и Маан мысленно наносил их на карту своих владений, увеличивающуюся день ото дня. Но, вскоре оказалось, не только он считал эти владения своими.
Это было через несколько дней после того, как Маан вернулся на Край Мира, сделав недолгую, но утомительную вылазку в заваленный участок смежной системы, где своды когда-то не выдержали возложенной на них тысячетонной нагрузки и погребли все, что принес сюда человек, под непролазными завалами.