Сырая Долина умирала на глазах, и это выглядело так противоестественно, что напоминало конец света. Медленно гасли сигнальные огни многочисленных панелей и контрольных точек, оставляя только тревожные алые пульсации аварийного освещения.
Огромные насосы, работавшие десятилетиями и никогда прежде, должно быть, не останавливающиеся, прекращали привычную работу, и в затихающем шорохе их турбин, казалось, звучит удивленный вздох.
Трубы больше не гудели, направляя тысячи тонн воды, они были пусты и молчаливы. Все, что было вокруг него прежде — гремящее, сыплющее искрами, утробно ворчащее — делалось безжизненным, холодным.
Значит, отключили целую секцию. Решились. Быстро они. Возможно, бумажка, дающая Мунну чрезвычайные полномочия, уже лежала у него на письменном столе и только ждала своего часа.
Он мог недооценить Мунна — тот и правда в силах был получить подобный документ. У него есть рычаги, и свои маленькие цепкие руки на всех социальных уровнях, вплоть до самого верха, до господина президента.
В этом нет ничего странного, если у тебя, как у борца с отвратительной заразой Гнили, есть монополия и на лекарство от нее.
Сколько человек на этой планете поспешили обезопасить себя, пройти вакцинацию, аналогичную той, что проходили агенты Контроля? Купированная нулевая стадия — надежная защита от неприятностей.
Но все специалисты всегда были людьми Мунна. Он действительно мог оставить без воды несколько сотен тысяч человек — и уже сделал это.
Мысль осенила Маана на ходу, так внезапно, что едва не потерял равновесия. Она была проста, как и многие, случайно приходящие в голову, но в ней было то, чего ему не хватало. Одна маленькая деталь, без которой не складывалось остальное.
Мунн. Купированная нулевая.
Должно быть, «лекарство от Гнили» через его руки расходилось очень далеко. Не меньше сотни человек на Луне получали его бесплатно, благодаря своему положению — господин президент, министры, члены Координационного Совета…
Это все понимали. Когда он еще служил в Контроле, тема не была закрытой, хотя ее никто никогда не поднимал и не афишировал.
Главы государства не должны быть зависимы от Гнили, это совершенно недопустимо. Ведь судьба миллионов лунитов может оказаться в руках сумасшедшего Гнильца.
Иногда Маан задумывался, сколько еще человек из тех, что не значатся в обязательных списках, прошли подпольную «нулевую купированную» в лабораториях Контроля. Сколько связей заимел, благодаря этому, шеф. Социальных очков, положения в обществе…
Ведь Мунн — всего лишь человек, у него есть родственники, друзья, влиятельные покровители и партнеры…
На эту тему Маан предпочитал не думать, не говоря уже о том, чтобы обсуждать ее вслух. Скорее всего, подобные мысли приходили в голову не только ему. Люди, обладающие достаточно острым умом — вроде того же Геалаха, кстати — должны были это понимать.
Человек, в чьих руках находится исключительное право на лекарство от новой чумы, рано или поздно задумается, что, обладая такой штукой, можно наладить очень выгодный ее сбыт нужным людям.
«Господи, да ведь он, наверное, продал их тысячи, — подумал Маан потрясенно, — Мы все понимали: „купированная нулевая“ не останется полной монополией Санитарного Контроля, но никому не приходило в голову, что старик мог поставить это дело на поток… Вот оно. Теперь ясно. Так просто, что впору сомневаться, действительно ли у меня осталось что-то от человеческого мозга».
Под прикрытием закона и государства, монополии хорошо торговать столь выгодным товаром, как гарантированная защита от Гнили. Но только до того момента, пока не выясняется, что защита эта — не такая уж и гарантированная.
Что в ней есть уязвимость, пропущенная кем-то то ли случайно, то ли с умыслом. Уже неважно — Гниль нащупала ее. А может, никакой уязвимости и не было, а болезнь много лет подбирала ключ, вырабатывая особенные антитела.
Неважно.
Важно то, что «купированная нулевая» может не сработать. Как в его, Маана, случае. И люди, платившие Мунну миллионы за чудодейственное лекарство, могут ощутить неудовлетворенность этим.
Черт возьми, они почувствуют ее во всей полноте.
Те люди, которым Мунн в обход закона продавал вакцину, те, кто вертят шестеренки всей деловой и политической части Луны, они вправе быть недовольными. Владельцы концернов и заводов, военачальники частных армий, высшие чины из духовенства…
Когда они узнают, что никакие социальные очки не дадут им гарантии иммунитета от превращения в гниющих омерзительных чудовищ, то будут очень недовольны Мунном. С несколькими шеф бы справился, у старика все еще стальная хватка, но если их тысячи… Они сожрут и Мунна, и его Контроль с потрохами.