— Выстрелы были. Пулемет. Уже молчит. Прием.
— Кто ближе всего? Точка восемь, точка девять! У вас есть контакт?
— Контакта нет. «Рысь-6» не отвечает. Прошу разрешения изменить маршрут.
— Оставаться на месте, Девятый. Держите позицию, внимание на фланги.
Заглушая все прочие звуки, сквозь шорох помех в эфир ворвался голос, который Маан слишком хорошо знал: уверенный и звучный.
Геалах.
— Прекратить движение. Он около точки восемь. Десятый, Второй — перейти на дублирующий маршрут. Четвертый работает на поддержке. Не спешить, действовать под прикрытием. Не спешить, ясно? Мвези, ты ближе всех. Бери восьмую.
Маан мог представить, как Геалах сейчас сжимает побледневшей твердой рукой рацию, выплевывая в нее остро отточенные слова.
— Понял, — отозвался голос Мвези, как всегда немного обиженный, точно его оторвали от чего-то действительно важного, — Но у меня всего трое людей. Если я…
— Двигаться к восьмой точке! — рявкнул Геалах. Видимо, нервы у него были прилично напряжены, да и неудивительно, — Лалин прикроет тебя с двадцать шестого квадрата. Лалин, действуй.
— Понял, — сказал тот, подражая кому-то, может, персонажу какой-то телепостановки, — Двигаюсь.
Так, значит, здесь намечается встреча старых приятелей? Маан оскалил пасть. Как удачно. Не придется даже искать их. Достаточно затаиться где-нибудь поблизости и ожидать гостей.
Для засады он выбрал удачное место — неглубокую нору метрах в трех от пола.
Ему пришлось постараться, забираясь туда: несмотря на всю силу его лап масса тела была слишком велика, чтобы позволить передвижения по вертикальным поверхностям.
Но сейчас у него имелся хороший стимул.
Маан с удовлетворением убедился, что нора способна вместить его. Это был даже не ход, просто небольшое слепое ответвление, не имеющее никакого назначения.
Возможно, кто-то любопытства или озорства ради испробовал здесь земляной бур. Или на этом месте залегал большой валун, который затем вымыло из своего многовекового ложа. Маану достаточно было того, что со стороны эта нора, скрытая каменным выступом, была практически незаметна.
Он подождет здесь. Спешки нет. Время теперь играет на Маана. Не находя его, постепенно теряя людей, Геалах запаникует. Должен запаниковать несмотря на его стальные нервы.
До него, наконец, дойдет то, что он предпочел проигнорировать, когда самоуверенно сунулся в Крысиный Угол со своей сворой — здесь они не хозяева.
И знакомые ему правила не работают.
Ждать пришлось не очень долго. Маан услышал приближающийся топот ног. Быстро они. Видимо, Геалах расставил своих людей достаточно плотно, еще не зная, что даже самая мелкая сеть бессильна здесь.
Звук множества шагов отразился от камня, заметался в узкой кишке, как пойманная в ловушку радиоволна, и Маан без труда расшифровал его: обычная поисковая группа, четверо — трое Кулаков и инспектор, чей слепок ауры был ему определенно знаком.
Мвези.
Исходящие от него волны неуверенности и страха были так сильны, что могли даже камень пронизать насквозь. Мвези никогда не любил «гнезда» и их зачистку — не тот тип характера.
Осклизлые подземелья, каменные руины и смердящие подвалы не вызывали у него никакого восторга, вот почему Маан раньше всегда ставил его на прикрытие, держать под контролем вход.
Но у Геалаха, видимо, было свое мнение на этот счет. А может, дело было в дефиците людей — по расчетам Маана в Крысиный Угол вместе с ним спустилось не больше пятнадцати-восемнадцати инспекторов. Учитывая бесконечную протяженность этих мест — капля в море.
Мвези почувствовал Маана, лишь оказавшись метрах в десяти, почти под облюбованной им норой.
У него всегда было слишком слабое чутье, поэтому его редко ставили на оперативную работу. Служба в кабинете — другое дело, Мвези там был в своей стихии. В ней трусость не мешала ему.
Маану даже стало на какую-то секунду жаль толстяка. Не по своей воле залез в эти каменные дебри с оружием в руках. Однако Мвези был инспектором, а значит, не мог отказаться.
Но эта секунда оказалась очень короткой.
«Мвези знал, — с накатившей яростью подумал Маан, — С самого начала знал, на кого идет охота. Он, как и прочие, следил за мной, наблюдая за тем, как человек, который считал его приятелем, гниет заживо, превращаясь в отвратительное чудовище. И когда поступил приказ — как и прочие, достал пистолет, чтобы при случае вышибить мне мозги».