Наверняка Мунн и Геалах хорошо его запугали, чтобы он держал язык за зубами. Если и так, Маан не испытывал по отношению к толстяку никакого сочувствия. Совсем скоро ему предстоит испугаться в последний раз.
— Контакт! — заорал внизу Мвези так громко, точно увидел обвал, — Контакт! Есть контакт с целью! Точка восемь! Повторяю, точка восемь! Прием!
— Заткнись, — щелкнул голос Геалаха, нарушившего все инструкции, — Успокойся. Лалин там?
— Здесь нет никого! — Мвези тяжело засопел, видимо, поняв, что положение, в котором он оказался, даже хуже, чем виделось ему на первый взгляд, — Нас четверо…
— Подхожу, — кратко сказал Лалин, — Пришлось задержаться в тридцать втором. Проклятые пещеры. Подойдем минуты через три.
— Этот ублюдок где-то рядом! — поняв, что в ближайшее время помощь не подойдет, Мвези машинально прижался спиной к камню. Кулаки оказались куда выдержаннее — рассыпались по коридору, изготовив к стрельбе автоматы, взяли под прицел оба направления, — Я чувствую его! Господи, Геалах, это никакая не «тройка» …
— Что?
— Это не «тройка»! Это… О боже. Да, это «четверка». Ну и запах… Меня наизнанку выворачивает. Если бы я знал…
— Заткнись, иначе я сам тебя застрелю, — сказал Геалах негромко, но с такой интонацией, что Мвези сразу осекся, — Плевать, что «четверка», мы были к этому готовы. И прекрати паниковать, мать твою!
— Он где-то совсем рядом! Я чувствую его!
— Ты еще жив. Значит, он не совсем рядом, идиот. Держите тоннель. Понял? Прекратить продвижение, закрепиться на месте и контролировать основное направление под точкой восемь. Вперед не лезть, ждите группу Лалина.
— Понял, — взбучка, кажется, немного отрезвила Мвези, по крайней мере, голос звучал уже не столь испуганно.
— Лалин блокирует его со стороны девятой. После этого будете ждать, пока не подойдем мы. И тогда уж ублюдка хорошо поджарим… Оставаться на месте!
Выполняя приказ, Кулаки удобно расположились в тоннеле. Их было всего трое, но совокупная огневая мощь их автоматов в сочетании с ночными визорами позволяли им стегануть в любом направлении настоящим шквалом свинца.
Отличное место для расположения.
Если ты человек.
Маан зашипел. Тихо, на грани восприятия человеческого слуха, не выдавая себя. Это шипение он часто применял в прошлом, когда, еще слепой, двигался по незнакомым ему участкам подземного мира, ловя отраженную звуковую волну. Но сейчас у него была другая цель.
— Слышите? — всполошился Мвези, — Слышали это?
— Какой-то звук, — неуверенно сказал кто-то из Кулаков.
— Черт возьми, я как будто на змею наступил… Дьявол, дьявол, дьявол… Рядом совсем, я шкурой это чувствую.
— Тоннель чист, полная видимость. Должно быть, за стенкой.
— Наверное, только нам от этого не легче… Я даже представить боюсь, как он выглядит сейчас. Проклятый выродок. Знал бы, что придется вот так… в темноте, в поганых подземельях… Лучше бы я пристрелил его тогда, когда была возможность!
Маан, незаметно высунув голову из-за каменного уступа, бросил взгляд вниз.
Мвези так и стоял, прижавшись спиной к стене, которая, видимо, давала ему иллюзию защищенности. Вместо обычного пистолета он держал в руках небольшой полуавтоматический дробовик, снаряженный то ли пулями, то ли картечью. Хорошая штука, когда предстоит действовать в тесных коридорах и подземельях.
Но в руках Мвези это оружие вряд ли могло быть эффективным — ствол заметно дрожал, гуляя в разные стороны и явно заставляя нервничать Кулаков, в которых он иногда упирался.
Они определенно предпочли бы действовать под началом другого инспектора, но тоже могли лишь выполнять приказы.
Маан ощутил запах пота Мвези, такой острый, что его можно было разобрать за сотни метров. В этом запахе был не страх, а настоящий ужас, на грани контролируемости собственного тела.
Он мог представить, как неровно бьется сейчас в заплывшей грудной клетке чрезмерно большое разжиревшее сердце, заставляя кожу покрываться адреналиновой слизью, как дрожит на спусковом крючке мокрый палец…
Маан подцепил лапой массивный булыжник и ловко столкнул его вниз. По размерам он был не крупнее обычного кирпича, но шуму произвел куда больше.
Тишина исчезла, разорванная в клочья выстрелами. Три или четыре раза ухнул, рождая короткое эхо, дробовик, панически захлебываясь, басовито зарокотали автоматы.
Маан слышал треск пуль о камень, перемежающийся злым металлическим визгом рикошетов. Сколько раз Маан твердил парням из отдела про рикошет — все не впрок! Но сейчас это как нельзя кстати сыграло ему на руку.