— Знаем, знаем. Не только ты на объекты мотаешься! Так что там с его пастью?
— А что с ней… «Показывайте, — говорю, — рот, посмотрю, что у вас». Открывает, значит, он, я туда смотрю, а там…
Мвези сделал неуклюжую театральную паузу, чтобы насладиться моментом — взгляды всех сидящих за столом были устремлены на него.
Маан тоже замер. Хотя подобных историй слышал не один десяток и знал, чем они заканчиваются. Да что там слышал, и сам…
— Глаз!
— Что?
— Глаз?
— Врешь!
— Молодец, Мвези!
Хольд громогласно захохотал, его примеру последовали и остальные. Мвези ожесточенно жестикулировал, пытаясь перекричать хохот:
— Смотрю я, а на меня он оттуда пялится! Натуральный такой глаз, не очень большой, но человеческий вполне, радужка, зрачок… Только ресниц нет, и сам немного бельмами как будто затянут. Пялится так на меня изнутри! Я от неожиданности чуть не отскочил! Нёбо болит, вот ведь…
— Я такое раз пять видел, — сказал Геалах, когда все отсмеялись, — Только не помню, как оно у ребят Мунна называется. Когда какой-то орган дублируется и потом его находят в самых неожиданных местах. У меня был один Гнилец, у которого в прямой кишке пальцы выросли. Десять не десять, а штук пять было. А у другого — костный мозг начал стекловидным телом заменяться. Говорят, вообще уникальный случай. Я его ребятам Мунна живым сдал, те за ним как наседки бегали, только, кажется, через пару дней сдох он у них все равно… Маан, с тебя тост!
Маан поднял тяжелый невысокий бокал, покрутил его в пальцах.
— За то, чтобы никому из нас не пришлось отыскать глаз в чьей-то заднице!
— Потрясающе!
— До дна!
Над столом прокатился мелодичный звон толстого стекла; по пищеводу точно скользнула верткая электрическая змейка, в желудке раскалившаяся и истлевшая. Маан вытер губы тыльной стороной ладони и подумал, как это воспримет его печень. Но та, пока, не требовала к себе внимания.
— А что ты хотел рассказать, Хольд?
— Что? — Хольд задумчиво изучал дно пустого бокала, — О чем рассказать?
— Ты начинал вроде. Когда был во втором отделе…
— Да там другое.
— Все равно твой черед. Не отлынивай.
— Когда это стало обязательным? — ворчливо осведомился Хольд.
— С сегодняшнего дня, — подмигнул ему Маан, — Увиливание от интересного рассказа, отныне приравнивается к манкированию службой и нарушению должностных инструкций.
Хольд ухмыльнулся. Этот здоровяк, состоящий, казалось, из одних бугров мышц, тяжелых и плотных, в душе был сущим ребенком.
Впрочем, Маану приходилось видеть его за работой, и в такие моменты ничего непосредственного или детского в Хольде уже не наблюдалось — он превращался в такой же нерассуждающий и решительный аппарат по искоренению Гнили, как Геалах или сам Маан.
А может, даже более решительный. Другое поколение хищников, другие черты…
— Я хотел рассказать, как мы с ребятами из второго «гнездо» брали. Точнее, из нашего отдела только я и был, Мунн еще пяток Кулаков мне выделил. «Гнездо»-то не бог весть какое, больше название… Неделю его держали, наблюдали, в простой квартире, номер жилого блока уж не помню. Три Гнильца всего, все на второй стадии, ничего опасного.
— Не скажи, — заметил Тай-йин, — Иногда такая «двойка» попадется, что не обрадуешься. Да и «гнездо» брать — это всегда морок.
— Верно, — поддержал его Геалах, — «Гнездо» хуже всего. Когда Гнилец один, еще не свыкся толком, его даже дурак возьмет. Самое милое дело. Подойти, в глаза глянуть, удостоверение показать, пугнуть — на своих двоих до штаб-квартиры добежит. Как студень делаются. Они ведь напуганы до чертиков. И нас, и окружающих, и себя самих боятся. А вот если «гнездо», тут дело другое. Как крысы в углу, собственноручно загнанные, но уже держатся друг друга и понимают: дороги нет. Ни назад, ни еще куда. Такие всегда дерутся до последнего.
Хольд пожал огромными плечами.
— Да по-разному бывает. На моей памяти этих «гнезд» был не один десяток. Когда смирные, а когда и горло готовы перегрызть. Гнилец Гнильцу рознь. Так я о чем… Отправили меня с Кулаками. Дел на одну минуту, по большому счету и без меня бы управились, но порядок такой. Среди этих Кулаков ребята тоже не совсем в уме попадаются, пальнут еще, от нервов, в человека, или перепутают что… Да, я и не возражал особо. Какое-никакое, а развлечение, все лучше, чем брюки протирать за столом.
— Это точно! Все время в кабинете сидеть — свихнешься!
— Приезжаем. К нашему визиту уже все оцепили, соседние квартиры очистили, знают: если «гнездо» Контроль вскрывает, может ненароком и приложить того, кто вовремя убраться не успел. Все три Гнильца, судя по докладам наблюдателей, на месте, в логове. Никто не выходил из квартиры. Ну, нам-то только это и надо. Высаживаю «ключом» дверь, вламываемся внутрь. Первого мы прямо в прихожей встретили. От страха, видно, совсем рехнулся, скакнул нам навстречу, как кузнечик какой. Ну у меня-то главный калибр всегда под рукой, — Хольд похлопал по левому боку, где ткань пиджака заметно оттопыривалась.