Положению преследуемых и вообще было трудно позавидовать. В своем самоубийственном, жертвенном беге они не имели возможности хотя бы огрызнуться. Толком защитить отставших. Поставить безжалостным преследователям хитроумную ловушку, на которую они были такие мастера. Хотя бы совершить резкий маневр в произвольную сторону, чтобы враги на несколько суток потеряли горячий след. Нет. Потеря суток, может быть, — даже нескольких часов обозначала катастрофу. ТАМ — понадобится каждый ствол главного калибра, каждый самолет. Каждый обученный боец, разумеется, тоже, но в последнюю очередь. После всего прочего.
Вроде бы и медленно, а на самом деле достаточно быстро приближался час и минута, когда очередная пара разведчиков обнаружит отнюдь не беззащитные транспортники. Будет перехвачена и то ли успеет, то ли нет — передать поспешную фразу об обнаружении Дивизии Авианосцев или чего-нибудь в этом роде. Но пока ничего не происходило. Американский флот нес только случайные потери, заблудившимися или пострадавшими во время взлетно-посадочных операций. В общем, именно то, что ожидалось от задуманной «стратегической паузы». И поэтому его мощь только росла. С весны подошло четыре только новых авианосца, из них последний, «Банкер Хилл» подоспел в начале октября, и теперь постепенно входил в обычную боевую работу. Летчики взлетали, совершали далекий поиск, иногда — топили транспортные корабли, садились на качающиеся палубы авианосцев, а тяжелый боев до сих пор не было. Именно то, что надо для того, чтоб обучить новичков и держать в тонусе опытных пилотов. Потом к месту событий подоспели капитально отремонтированные «Энтерпрайз» и «Саратога». А еще — несколько легких авианосцев. Только в первой линии у командования сосредоточилось одиннадцать исправных, укомплектованных авиагруппами скоростных авианосцев, а оборонительный периметр Империи тем временем начинает походить на дырявое рядно, где прореха на прорехе. Обнаружив, что активность неприятеля в воздухе оказалась неожиданно-низкой, Нимиц резко сменил характер боевых действий. На порядок увеличены силы, предназначенные вести разведку: если установить, что очередная база эвакуирована или сохранена только для видимости, можно не тратить на нее время и воспользоваться новой щелью в обороне для решения главной задачи: марша на северо-запад.
Естественно, ошибки продолжали случаться: неожиданный удар по Рабаулу пришелся по пустому месту. Как бы ни главная база японцев на крайнем юго-востоке оказалась пустой. Два дня спустя история повторилась с Маршалловыми островами: Квайджелейн пуст, там осталось только несколько десятков смертников, оставленных для имитации хоть какой-то деятельности. Задействовав все, — летающие лодки, тяжелые разведчики «Б — 17», палубную авиацию и подводные лодки, ошибки почти исключили, и это дало возможность многократно ускорить поход. Возникло такое впечатление, что именно авиацию в первую очередь японцы и стремятся как можно скорее отправить в Метрополию. До этого ничего даже отдаленно похожего не происходило даже в самых драматических обстоятельствах. Нимиц, осознав масштаб происходящего, пытался, и не мог понять, что случилось? Какого же масштаба катастрофа могла напугать японцев так, чтобы они пошли на такое беспримерное морское отступление? Но это не так уж важно. Куда более существенно другое: если он правильно угадал тенденцию, угрозы флоту со стороны базовой авиации японцев, по сути, — нет. Если он, в какой-то мере, ошибается, то на войне — как на войне, вместо марша в оперативной пустоте придется действовать силой… А ее должно хватить! Вот-вот к новым авианосцам добавятся новехонькие линкоры, лучшие за всю историю. А пока, — совершенствовать разведку и не дать поймать себя врасплох.
Вторая волна, накатившаяся через двадцать пять минут по хронометру, оказалась заметно пожиже, — машин сорок или около того, но зато и встречать их было практически нечем. За этот ничтожный срок на территории порта, на неподготовленных толком позициях разместили несколько самоходных зениток, как ленд-лизовских, так и своего изготовления. Этим добром поделилась только что вошедшая в город мотопехота 157-й дивизии, но положение оно облегчило мало. Пока враг обгонял.