— Да тут на десять моих зарплат, не меньше, — ахнул Федор, наконец, разглядев, какое богатство лежало на их столе.
— Еще в погребе много чего осталось. Все просто не поместилось…. Феденька, чего же теперь делать-то будем?
Голос у Прасковьи стал жалостливый, на глазах навернулись слезы. Бедная женщина, в жизни ничего чужого в руки не бравшая, не могла даже подумать, чтобы присвоить все это богатство. Оттого и была недалека от паники.
— Э-э, подума…
Федор не успел ей ответить, как во входную дверь постучали. Стук при этом был громким, настойчивым.
Муж с женой переглянулись. Кого это принесло в такую рань? Вроде бы никого не ждали.
— Иду, иду! — крикнул Федор, проходя в сени. Никакого засова здесь отродясь не было, поэтому он просто толкнул дверь. — Сергей, ты что ли? Чего с самого ранья-то?
Сергей Бардин, его товарищ и бригадир, пожал его руку и прошел в дом. Увидел заставленный продуктами стол и замер. Удивился, похоже. А что, столько всякой снеди не каждый в жизни видел.
— Нанесли, Серега, — Федор виновато развел рука, покраснел, словно его уличили в чем-то нехорошем. — Не знаем, что и делать теперь. Куда все это нести? Чего думаешь?
Бардин ничего не ответил, только вздыхал и покряхтывал. Наконец, решился, и высунул из-за пазухи бутылку с настоящей городской водкой. Поставил на стол и показал пальцем на кружки.
— Давай-ка, Петрович, прежде по одной накатим, а то на сухую такие разговоры никак не идут. А ты, Прасковья, отрежь-ка нам сальца по куску на закуску. Чую, разговор не простой будет.
Муж с женой снова переглянулись. Ни он ни она ничего не понимали.
— Сначала, Федя, давай выпьем, что живыми из шахты выбрались. Я ведь, грешным делом, думал, что все, каюк. Помнишь, как подъемник затрещал, как клепки на балках стрелять начали?
Шахтеры одним махом опрокинули кружки. Взяли по куску сала и шумно занюхали. Лишь после этого зачавкали.
— А теперь, Петрович, за семью выпьем. Разливай. Пусть все в наших семьях будет хорошо! Давай!
Раскраснелись после второй рюмки. Заблестели глаза. С хорошей водки всегда так, опьянение ровное, спокойное, в полном разуме остаешься. В таком состоянии можно и повеселиться, а можно и о серьезном деле поговорить.
— Слушай, Петрович, я ведь не просто так пришел, — Бардин вдруг закрыл ладонью стакан, в который только попытался налить водки хозяин дома. — К тебе есть серьезный разговор… Меня люди послали с тобой поговорить. Знают, что мы давно уже приятельствуем.
Федор напрягся, Прасковья, слушая их разговор, и вовсе, затихла у печки.
— Все то, что здесь на столе лежит, люди принесли в благодарность за то, что сделал Санька… И вот еще, благодарность от нашего угольного треста. Директор постарался. Вы всей семьей на неделю в Киев поедите.
На стол лег большой серый конверт, из которого выглядывали желтые корешки железнодорожных билетов.
— В тамошнем санатории поживете как белые люди. Каждый день кафе, ситро, конфеты. Сходите в театр с Прасковьей, сыновей в цирк сводите. Они поди ни разу там не были…
Глава 9
Новые способности
г. Киев
Первые числа июня. Летнее солнце заливает улицы города ярким светом, нестерпимой жарой. Мужчины с солидными портфелями и папками под мышкой сняли пиджаки, молодые парни щеголяли загорелыми руками в теннисками. Развивались ситцевые платья у девушек, показывая щиколотки стройных ножек.
Одни люди спасаются от жары мороженным. Огромная очередь тянется к девушке с тележкой, из которой она то и дело достает эскимо. Другие стоят у аппаратов с газированной водой, выискивая в карманах и кошельках мелочь.
Несмотря на жару, много людей толпилось в зоопарке. У клеток с животными то и дело раздавался взрыв хохота, детишки в матросках и смешных шапочках с улыбкой тыкали в кривляющуюся макаку.
— … Какой большой! А уши, уши! Пашка, да смотри ты! У него хобот как бревно! Пашка, ты где⁈ Смотри, смотри! Он посмотрел на меня⁈ Ура!
Я уже битый час стоял у вольера со слоном и никак не мог насмотреться. Восторг был таким, что не передать! Ведь, ничего более диковинного я, вообще, никогда не видел!
Увидев первый раз слона, просто пошевелиться не мог. Это же настоящая живая гора! Ноги — каменные столбы, уши — огромные крылья-опахала, бивни — страшные пики, а хобот — громадная змея! Казалось, Подгорные Боги решили пошутить, и собрали живое существо из того, что попалось под руку. К большим стволам деревьев приделали большущую бочку, на которую посадили бочку поменьше с длинными клыками, зубами. Спереди прицепили змею. Вот и вышло новое животное!