Сурков, собрав все пачки в кучу, после этого, вообще, «выпал» из жизни. Засел в своем закутке, рядом разложил свою же шинель, на которой аккуратно выложил все патронные пачки. После этого долго изучал каждую из них, внимательно вчитываясь в надписи на клейме.
— Это они… Это то же они… — тихо бормотал он, перекладывая пачки с одной кучи в другую. — И это они…
Вскоре перед ним образовались две неравные кучки — одна побольше –8 пачек, друга поменьше — 2 пачки.
— А вот эти не те, другие…
Последние две пачки ощущались иначе, чем первые. Они казались совершенно обычными. Чтобы убедиться в этом, он даже их вскрыл и высыпал на ладонь. Совершенно точно, никаких необычных ощущений при этом у него не возникло. Патроны, как патроны. Обычные, словом.
— Хм.
Ничего не понимая, Сурков снова стал разглядывать бумажную пачки и клейма на них. На первый взгляд, все они были совершенно одинаковыми, отличаясь лишь порядковыми номерами — длинной комбинацией цифр.
— А вот еще кое-что…
Тут его глаз «зацепился» за мелкую надпись на торце пачки — «весовщик № 9». А на пачке из «нормальной» кучки была другая надпись — «весовщица № 14».
— Получается, упаковывали разные люди…
Сурков подтянул к себе свою котомку, в которой, как он помнил, осталась смятая пустая коробка от патронов. На прошлой неделе сам ее туда положил.
— И здесь весовщик № 9.
Выходило, что все особенные патроны упаковывал весовщик под номером 9. Что же это за работник такой особенный? Его прямо зуд охватил. Сейчас бы выяснить, поговорить с ним.
В этот момент со стороны немцев начали раздаваться характерные хлопки, а потом и протяжный свист. Начала работать немецкая минометная батарея, которая во время предыдущей атаки у них много крови попила.
— Вот же, черти! — выругался сержант, пригибая голову. — Все у них по часам — ровно в час дня пулять минами начинают. Одно слово, немчура… Значит, скоро опять в атаку пойдут. Мишаня, готов? Чего скалишься?
А тот, и правда, улыбался, как ненормальный. Вжался в стенку окопа, винтовку прижал к себе так, что не отнимешь. Ждал, выходит.
— Лыбишься, значит, не страшно, — буркнул старшина, тяжело опускаясь на землю рядом. Немцы все равно будут дисциплинированно ждать конца минометного обстрела, и только потом начнут атаку. — Ты, Миша, главное немца выцеливай, как пойдет. О, вот и мины падать перестали. Значит, скоро нужно ждать гостей. Ну, подымаемся.
Отряхнувшись от земли, встали к брустверу. Сержант долго всматривался в сторону врага, пока, наконец, не взялся за оружие. Сурков уже давно в прицел смотрел.
С тыла раздался голос командира роты — приказывал готовиться к отражению вражеской атаки.
— Смотри-ка, научили мы немца, как нужно в атаку ходить. А то взяли моду, как на параде маршировать, — бухтел негромко сержант, время от времени косясь в сторону своего молодого товарища. — Ничего, ничего, мы вас всех в землю уложим. Каждый получит свои законный два метра землицы.
Издалека послышался шум моторов, который сложно было с чем-то спутать. Почти сразу же с нашей стороны ударили орудия. Первые пристрелочные выстрелы ушли в молоко, с хорошим недолетом.
— Чего же вы мажете, собаки? — возмущался сержант. Его усы аж торчком встали возмущения. Он развернулся в сторону батарее и несколько раз с силой тряхнул костлявым кулаком. — Мало вас гоняют. Я бы как сидоров коз…
В этот момент один из танков, пробиравшийся по склону оврага, получил попадание прямо в башню. Было прекрасно видно, как со снопом искр снаряд срикошетил и ушел в сторону.
— Нет, Мишаня, ты погляди на это⁈ Они там, говняными шариками что ли стреляют⁈ Ми… — сержант оглянулся на товарища и чуть не поперхнулся.
Парень застыл в напряженной позе, больше напоминая каменную статую, чем живого человека. Животом прижался к стенке окопа, левый локоть уперся в землю, приклад винтовки плотно зажат правой рукой, а палец застыл на спусковом крючке.
Ба-ах! Раздался громкий выстрел!
Сержант тут же повернулся в сторону поля, чтобы увидеть, кто же на этот раз оказался жертвой.
— В кого же интерес…
И тут раздался оглушительный взрыв! Тот самый немецкий танк, что пытался незамеченным проскочить по краю оврага, вдруг вспух огнем! Рвануло так, что его башня сорвалась с места и, кувыркаясь, улетела за овраг. Над советскими окопами сразу же грянуло дружное «ура».
— Вот же, б…ь! — схватился за голову старик, никак не ожидавший увидеть такое. — Мишка, ты что ли его так? Боекомплект, похоже, рванул.
Но Сурков молчал, продолжая выцеливать врага.
— Вот тебе и Мишка, танк подбил из вин…