Не дожидаясь ответа, рванула по уходящему в другую сторону туннелю. Умение видеть в темноте радовало меня все больше. Странг пока не уставал, давая нам возможность максимально увеличить расстояние. Решив, что стоит бежать, пока окончательно не выдохнемся, ободряюще махнула рукой мальчику, поторапливая его за собой. Хотелось найти какое-нибудь ответвление, а лучше много комнат, чтобы мы смогли притаиться. Дыхание уже прерывалось, сзади слышался надсадный кашель Странга, но я все никак не могла выбрать место, кажущееся мне достаточно надежным. И вдруг пол под ногами резко оборвался, и я кубарем покатилась по грубо вырубленным ступеням. Отбивая легкие и ребра, слышала крики малыша. Ударившись напоследок щекой о камни, замерла, боясь пошевелиться. Стимулировала мысль посмотреть, насколько изломан Знающий. Заставила раскрыть глаза и повернуть голову. Хватило сил даже на ироничную усмешку: я нашла большую залу с многочисленными ответвлениями. Взгляд наткнулся на неподвижное тело мелкого. По его светло-золотым волосам растекалось темное влажное пятно. Я застонала, отказываясь верить в очередную потерю. Подтягиваясь на избитых руках, дотащила тело до малыша. Боюсь трогать, провела трясущимися руками по волосам и услышала слабое дыхание.
- Ты жив! – Счастливо зашептала я, роясь в сумке за спиной. Сейчас я все сделаю, я все придумаю, он жив, и это сейчас главное.
И громко зарыдала, обнаружив расплющенные краски, растекшиеся по мешковине и холщовой простыни.
- Нет! Только не это! За что?
Поднявшись, села на отбитые ноги, размазывая кровь с песком и слезами по лицу. Я должна что-то придумать. Я чувствовала, что жизнь уходит из него, и ничего не могла поделать. Единственное мое волшебство было сейчас недоступно. И тут я опомнилась, спохватившись, и поползла по полу необъятной залы, купаясь пальцами в выдавленных красках. Не выбирая цветов, я рисовала неповреждённого Странга, отчаянно жалея, что не могу пририсовать рядом живого Даймерлио – снаряд в одну лунку не падает дважды, есть ограничения и на Дарах. Размазывая слезы, закончила схематический чертеж, на четвереньках возвращаясь к малышу. Кровь исчезла. И он спокойно дышал, словно спал. Выдохнув, упала рядом, устало закрывая глаза.
- Ты спасла меня, - малыш водил по моему лицу пальцами, вытирая грязь и мокрые дорожки. – Это и есть любовь?
Я улыбнулась сквозь слезы. Какой пытливый малыш.
- Это привязанность и ответственность. Я очень виновата в том, что произошло, нужно было быть внимательнее.
- А что тогда такое любовь? – Настойчиво интересовался Странг.
- Любовь – это когда готов отдать себя без остатка за любимого. Когда без другого не готов жить полноценной жизнью. Когда интересы любимого человека в чем-то превышают твои собственные, но не ущемляют тебя. Скорее ты просто хочешь, чтобы в его душе всегда царили покой и счастье.
- Почему ты не помогла себе?
- Не знаю. Порой я чувствую ограничения и понимаю, что это невозможно сотворить.
- Наверное, это как у меня со Знаниями. Я тоже не могу узнать то, что никому неведомо. И не могу ничего узнать о своем будущем.
- Краски высохли, - констатировала я печально, размазывая подтеки по шершавому полу, покрытому мелкой крошкой.
- Мы застряли здесь?
- Боюсь, что так. Ты можешь узнать, каким туннелем нам идти, чтобы выбраться наружу?
Странг некоторое время раздумывал, прежде чем отрицательно помахать головой.
- Эти места давно забыты, либо утеряны гномами, я не знаю, что тут есть и куда ведут коридоры.
Я вздохнула, примерно такого ответа и ожидая. Вошло в привычку представлять самое худшее. Куда-то делась и надежда.
- Думаю, мне стоит отдохнуть, прежде чем мы начнем бесконечные блуждания по каменным лабиринтам. Хотя почему бесконечные. У нас нет еды и питья. Думаю, мы недолго будем мучиться, - оптимистично завершила я.
- Ты поспи, а я схожу в первый от тебя коридор, посмотрю, что там.
- Один? – Удивилась я, с содроганием представляя собственный ужас перед темными подземельями и одиночеством.
- А что тут такого? – Равнодушно поинтересовался Странг.
Хотя действительно, что может напугать того, кто с первого дня осознания себя видел лишь неприкрытую жестокость и злобу, чья жизнь давно походила на земные реалити-шоу про выживание.
Я согласно кивнула, давая молчаливое разрешение на любые действия и, едва его фигурка скрылась, обессиленно прикрыла глаза, проваливаясь в сон. Разбитое тело требовало отдыха. И медицинской помощи, но чего не было, того не было. Не знаю, сколько отсутствовал Странг, но, когда я открыла глаза, мальчик был уже рядом, высматривая что-то в дальнем темном углу.