Состояние его помощников было немногим лучше. Чувства Арбайтехов не были столь остры, как у прирожденного Нюхенбаха. Однако и им, как понимал Зибен, приходится нелегко.
Пришлось послать одного из них к почтенному Тиэсфиру, руководившему отправкой из Тверди. Как только смена прибыла, Зибен сам вернулся в Твердь, в надежде, что расшатавшиеся чувства быстрее вернутся к норме в привычном мире.
Город было не узнать. Зибен вернулся в него вместе с последней партией носильщиков, которые должны были забрать остатки оборудования оранжерей. У него была особая миссия. Его напарником был молодой Арзекс Штайбур. Им предстояло после ухода последней партии носильщиков Беденунгов, обрушить своды зала Принесения Даров и городскую плотину. Времени почти не оставалось. Цикл «сияния» подходил к концу. Если все задуманное удастся, им придется идти без сна и отдыха, что бы успеть уйти вместе со всеми. А ведь еще предстоит аккуратно обрушить рукав, ведущий к «сиянию», да так, чтобы его нельзя было найти. Впрочем, это уже забота почтеннейшего Тиэсфира и тех, кто сейчас там. Зибену и Арзексу нужно только привести механизм в действие.
Самое опасное, началось, когда носильщики, взяв тюки и ящики ушли.
Зибену еще никогда не приходилось стоять в огромном зале Принесения Даров одному. Открытое пространство угнетало. Барельефы на стенах, повествовавшие о том, как г-номы были высечены из камня богами Тверди, казались зловещим напоминанием о том кощунстве, которое должен был совершить Зибен. Он должен был уничтожить все это, похоронив под обширным обвалом, вызванным взрывом химических бомб, заблаговременно заложенных в уязвимые части свода.
Руки Зибена дрожали. А что если старейшина не прав. Что если эти неведомые «люди», на самом деле посланцы богов Тверди. Ведь неспроста же их окружает такое же сияние, как и то, что он обнаружил там, в пещере, и через которое они теперь отправляются в мир Бездны.
Что если это лишь проверка их веры. Что если они провалили проверку и теперь их всех ожидает смерть. Что если «сияние» это врата не в какой-то другой мир, а врата в сам Хаос, в котором они теперь будут обречены пребывать во веки веков. От воспоминаний о головокружительном падении в голубую пустоту Бездны, Зибен передернулся.
Нет. Сейчас не время для сомнений. Он верит почтеннейшему Тиэсфиру. Да и кто он такой, чтобы сомневаться в его мудрости. Он Нюхенбах. Его предназначение искать и исследовать, так же как предназначение Цайбуров помнить, размышлять и принимать решения о развитии города. Знать что хорошо и что плохо для народа.
Оставив сомнения, Зибен решительно опустился на колено. Сдвинув крышку фонаря, Зибен пролил пару капель раствора на шнур запала. Кончик шнура зашипел, окутавшись едким дымом. Затем вспыхнул маленький огонек, едва колышущийся в неподвижном воздухе храма.
Зибен поспешил к выходу. Он бежал по тускло освещенным, опустевшим улицам города. Фонари горели тускло. Но все же для острого зрения Зибена света было достаточно.
- Возможно, так и выглядел умирающий город, который нашел его дед. Разве что на улицах не лежат скелеты умерших, - подумал Зибен. – Мертвый город.
Добежав до тридцать восьмого квартала, откуда начиналась дорога к «сиянию», он остановился. Нервы его были на пределе. Арзекса на месте встречи не было. В нетерпении Зибен переминался с ноги на ногу. Вскоре появился и Арзекс.
- Быстрее. Бежим, - сказал он, едва появившись из-за угла ангара.
Зибен поспешил за ним.
- К чему такая спешка, проход закроется не так скоро, - удивленно спросил он.
- Проход это дело третье. А вот если плотина рухнет раньше, чем мы выберемся на верхний горизонт, то нам не поздоровится. Не знаю как ты, а я дышать под водой не умею, - на бегу крикнул Арзекс.
Больше вопросов не последовало. Сберегая дыхание, Зибен бежал вслед за Арзексом, притормозив лишь на секунду, чтобы сделать фонарь на каске поярче.
Они бежали и бежали. Штрек пошел в гору. Спустя час они достигла его конца, теперь их окружали неровности естественных пещер, местами сглаженные протекавшим когда-то по ним потоком воды.
Быстрее, еще быстрее.
Тело Тверди вздрогнуло. Спустя некоторое время до них донеслось отдаленное эхо обвала. Затем еще один толчок, после которого к эху обвала добавился шелест текущей по камню воды.
Но вот дорога пошла в гору, а спустя еще сотню метров пещера перешла в шахту идущую почти вертикально. Цепляясь за поперечные брусья построенного подъемника, они карабкались наверх.
Оглянувшись, Зибен увидел, что дно шахты уже залито водой.