— Чего ждем? Идите ко мне! — махнула она нам рукой, снова вернувшись к разгребанию письменных принадлежностей, печенья и еще чего-то непонятного. — О, мой потерянный амулет… и талисман бога… Браслет силы! Я же их теперь в жизни не распутаю! — издав мученически й стон, Каника стала бороться с узлами, полностью сосредоточившись на этом занятии.
— Я бы лучше за вторую, а еще лучше за последнюю парту! — испуганно проговорила Алексия, засмотревшись на мумифицированного эмбриона в банке. — Он же ведь не человеческий? Нас же не заставят убивать детей? Да?
— Посмотрим, — резкий пугающий голос заставил всех взглянуть на его обладателя. Через второй вход, который мы и не заметили, то ли вышел, то ли выплыл мужчина в длинной черной мантии с красными вставками. Он был высоким и худощавым; держал руки спрятанными в просторных рукавах. Его смуглая кожа, черные, как смоль, волосы, яркие необычные зеленые глаза — все как у исха. Он точно исх! Учителя что-то говорили про то, что будут брать в академию представителей других народов для лучшего обучения, так как люди владеют не всеми знаниями. Зато новое поколение молодых людей сможет их постичь, хотя бы поверхностно. Не только людей…
— Зовут меня Ако, сын Контара. Я знаю, что у вас принято по-другому обращаться к старшим, а также по-другому давать имена. Но это не важно, можете звать меня господином Ако. Я думаю, вам будет удобно. Ведь так?
Мы синхронно кивнули. Учитель остался доволен и продолжил:
— Я первый исх на территории людей, который вынесет за пределы тайну нашей магии. Теперь она будет доступна и другим дружеским народам, такой уговор. Если, конечно, вы ее освоите. Я рад приветствовать представительницу своего народа, — здесь он положил руку на сердце и сделал легкий поклон Канике, а после добавил: — Однако хочу ее предупредить: это не значит, что ей будут какие-то привилегии. Я не делаю разницу в учениках.
— Надеюсь, — устало шепнула я, скорее себе, чем кому-то. — А то я уже увидела здешнюю справедливость…
— Мисс, садитесь, чего вы стоите? — обратился к Алексии учитель. Девушка перепугано кивнула от такого внимания и поспешила примоститься около меня.
— Мисс, там есть свободная парта, можете сесть туда…
— Мне и здесь удобно! — пискнула магичка, прожигая меня взглядом: — Подвинься.
— Это парта на два человека, ты сама не хотела сидеть за первой, — напомнила ей я, не желая сдавать позиции. Однако магичка поступила иначе, она просто толкнула меня, подвигая.
— Эй! — возмутилась Каника, попав под раздачу.
— Это не я, а Алексия!
Тем временем, магичка не чувствуя ни капли раскаяния, доставала тетрадь и письменные принадлежности.
— Начнем. Доставайте тетради! — Приказал пан Ако, садясь за стол и надевая очки. — Немного вводного слова, так, увы, нужно для программы, чтобы лучше запомнить. Хотя как по мне, лучше магию запоминать, когда ее используешь. Ну что же, пишем. Магия хаоса берет начало во всех оккультных традиций. Однако эти знания были утерянные многими народами, по глупости, из-за дурацких законов, суеверия. Магия хаоса снимает все преграды и в этом ее отличие от остальных магий.
Маги хаоса постоянно рассчитывают на результат. Если ты не веришь в результат, то ты не станешь магом хаоса. Главное правило: никогда не сомневайся!..
— Мне нравится такая точка зрения, — шепнула я на ухо Канике, заинтригованная.
— Из тебя выйдет замечательный маг хаоса.
— Почему? — насторожилась я.
— Ваша гномья натура позволяет вам ими быть, — загадочно отозвалась исха. И пока я раздумывала над ее словами, Алексия тоже решила поинтересоваться у Каники на счет своих шансов:
— А из меня выйдет? — улыбаясь на все тридцать два зуба, спросила магичка. Я и Каника посмотрели на нее скептически и одновременно покачали головами. Алексия обиделась и вернулась к тетрадке.
Я же стала записывать лекцию дальше, замечая, что Алексия пишет тогда, когда писать не надо, да и еще так старательно, прикрывая левой рукой тетрадь. Аккуратненько приподнявшись, я заглянула и увидела на полях небольшое сердечко.
— О, пану Энегану письмо сочиняешь? — догадалась я.
— Тс! — испуганно шикнула на меня девушка, поспешно закрывая тетрадь. — Не твое дело, Ди!
— Ты ведешь себя как идиотка. Прости, конечно, но сердечки это слишком!
Алексия скривила мне недовольную рожицу и отвернулась к углу парты. Критично осмотрев письмо, она выдрала страницу и стала писать заново, как мне показалось, уже без рисунков.