– Ну ладно, возьму тебя с собой, – решила она и сунула звонок в карман. – Только веди себя потише.
Глава 13
В узком переулке за Домом Колоколов пахло куриным супом и стиральным порошком. У задних дверей магазинчиков стояли мешки с мусором, а на бельевых веревках, растянутых поперек переулка, сушилась пестрая одежда.
Иви осторожно осмотрелась. Никого. Пока что она в безопасности.
Она постояла, решая, что теперь делать. Ее взволновали рассказы Этель – и про «Панихиду» и прошлую жизнь бабушки Сильвии, которая, оказывается, состояла в торговой гильдии. Иви не знала, радоваться или опасаться того, что она тоже необычная. Она чувствовала только усталость и мечтала об одном – чтобы родители оказались рядом.
Прогнав грустные мысли, она попыталась сосредоточиться. Где же теперь искать отделение подземной стражи? Может, Скрип в курсе?
– Скрип, поможешь мне? – шепнула она, вынимая звонок из кармана. – Ты не знаешь, где ближайшее отделение подземной стражи?
– Конечно, Иви спаситель помогать. – Скрип вздрогнул. – Для чего ты хотеть там?
Иви смотрела на него, кое-как разбирая его слова.
– Там мой брат, – объяснила она. – Я должна его вытащить.
– Ох! – Скрип помолчал, а потом снова вздрогнул. – Я знать там дорога, но тебе не знать войти и обратно.
– Ты знаешь, как туда добраться, но не знаешь, как туда войти и как оттуда выйти? – сразу догадалась она.
Скрип радостно звякнул.
Хорошо. Впервые за день Иви улыбнулась, радуясь, что научилась его понимать, и поправила на плече бабушкину сумку. Судя по тому, что сказал стражник в разговоре с Этель, на улицах полным-полно тех, кто ее ищет. По всему городу расклеены объявления, и ее могут узнать.
– Хотелось бы мне раздобыть еще одну свечку-невидимку, – прошептала она.
– Почему одну другую? – подал голос Скрип. – Обратно и свечка работать опять.
Иви опешила.
– Что?! – Она расстегнула молнию на бабушкиной сумке и принялась искать огарок. Оказалась, что свеча неведомым образом подросла. Во всяком случае, у Иви теперь была половинка свечки-невидимки. В душе, расцветая как дивный цветок, затеплилась надежда.
– В какой стороне отделение подземной стражи? – спросила она, задувая свечу.
– Кругом угла, – пискнул Скрип, – после криво правь.
Иви сразу догадалась: Свернуть за угол, потом направо. Она тихонько сжала его и сказала «спасибо».
Дальними закоулками они вышли на главную улицу там, где торговцы посудой демонстрировали достоинства своих ложек и вилок. Иви не стала смотреть, на что способен необычный серебряный половник, и, прижимая свечку-невидимку к груди, ловко выбралась из толпы зевак. Как только она ступила на булыжную мостовую, под ноги ей упала тень. Иви подняла глаза и увидела высокий белый обелиск, гордо возвышающийся посреди дороги. Привстав на цыпочки, Иви прочитала на медной табличке:
Мемориал Большой пещеры
Посвящается торговцам Перчатки, погибшим в Великой битве с Гильдией Падших в Двенадцатую ночь 1969 года
Иви пробежала глазами список погибших – не меньше тридцати человек. Она вздохнула. Нет, вряд ли то, что Великая битва состоялась в ту самую Двенадцатую ночь, когда пропала бабушка Сильвия, было просто совпадением.
Она продолжила свой путь, пытаясь придумать, как ей вызволить Себа, но мысли то и дело возвращались к «Панихиде». Они оставили бабушке Сильвии послание: «Мы видим вас теперь». А значит, все эти годы они ее искали.
В кармане шевельнулся Скрип.
– Иви чуть далеко туда, – шепнул он. – Закруглять угол.
Она повернула за угол и замерла. Улица выходила на большой двор, вымощенный черным мрамором и заставленный… Это что, могильные плиты?
Иви подошла поближе и прочитала на одном из памятников объявление:
У необычных игл есть глаза.
Подключайте кабельное ТВ и будьте в курсе последних событий!
На другом было написано:
Соблюдайте установленные часы торговли: от рассвета до полуночи.
Нарушители закона БНТ будут наказаны.
Иви передернула плечами. Стояла жутковатая тишина. Она оглядела гладкие гранитные стены и темные окна домов. Похоже, у архитектора была одна задача: чем темнее, тем лучше. Она заметила единственный вход – двойную чугунную дверь, над которой на крюке висела вывеска.
– Это здесь? – спросила Иви срывающимся голосом.
Скрип беззвучно дрожал в кармане. И Иви его не винила.