Мама посмотрела на Иви: ее дочь выглядела измученной, но в ее глазах светилась уверенность. Мама кивнула и потянулась за ремнем.
Иви придвинулась к отцу, и вместе с мамой они помогли ему сесть.
– Иви? – пробормотал тот, когда они обвили его руками.
Другой рукой Иви ухватилась за маму. От родителей пахло слизью селки, но это было не важно. Ведь это ее родители. И они живы.
– Мам, теперь постарайся поднять руки. – Иви помнила, как ремень легко нес ее. У нее все должно получиться, как бы слаба она ни была.
Они медленно поднимались по шахте, холодный ветер трепал им волосы. Когда они оказались наверху, Иви увидела вращающуюся клетку – серая карусель в зеленом снопе света. Кто или что ждет их за решеткой?
Внезапно решетка со скрежетом остановилась. За прутьями метнулась чья-то тень. Иви постаралась увернуться.
– Мама, папа, держитесь!
Сквозь прутья просунулась чья-то рука, схватила Иви за горло и сжала, пока она не начала задыхаться. Она узнала эти перчатки – черные, с металлическими шипами. А над ними маячило лицо в темных очках – жесткое, бледное, гладко выбритое, с длинным прямым носом и тонкими белыми губами. Офицер Смоукхарт.
Выбравшись из Дыры упыря, Иви упала на холодный стальной пол, родители упали рядом. Ее снова окружали серебристые стены комнаты-банки – с мониторами и панелями, но на этот раз перед глазами все плыло. Прямо перед ней расплывалось лицо офицера Смоукхарта. Она слышала его голос, а слова доходили до сознания раньше, чем он их произносил.
– Больше здесь никого нет. Наверное, мальчишку предупредили, и он успел сбежать. – Он говорил с другим подземным стражником – толстым краснолицым констеблем, который арестовал Иви и Себа.
– Подготовьте транспорт для перевозки взрослых и два необычных свистка. Прежде, чем мы доставим их в отделение, надо стереть им память.
Стереть память?.. Иви даже подумать боялась о том, как это происходит. Она не могла этого допустить, ведь речь идет о ее родителях! Голова у нее кружилась, но она оглядывалась в поисках Себа и Вэлиана. Но ни того, ни другого не было видно.
– Сэр, – услышала она, и лишь через мгновение увидела, как констебль открыл рот, – может, мне отправить в отделение донесение цветоперьевой почтой? Попросить подкрепления, чтобы обыскать весь особняк?
Смоукхарт напрягся.
– Не надо. Я сделаю это сам. Хочу перевернуть тут все до последнего камушка.
У Иви во рту пересохло, но она сумела выдавить два слова:
– Что… случилось?..
Смоукхарт, словно в замедленной съемке, приблизился к ней, посверкивая темными стеклами очков.
– Ты меня слышишь? – спросил он удивленно.
Иви умудрилась кивнуть.
– Тогда позволь ввести тебя в курс дела, – злобно прошипел он, опускаясь на корточки и скалясь. – Когда вы с братом сбежали из кареты, я догадался, что вы снова встретитесь с Вэлианом Каем, и установил за ним слежку. Я видел, как вы втроем были у фонтана, и подумал, что вы можете вывести меня на интересный след. Когда вы открыли ворота, я просто глазам не поверил. Пробрался вслед за вами, а когда вы, ничего не заметив, скрылись из виду, вернулся к воротам и впустил констебля.
Иви нахмурилась, хотя от малейшего движения голова раскалывалась. Интересно, как Смоукхарт сумел войти вместе с ними? Она ничего не видела.
Тот как будто прочел ее мысли: улыбнулся и опустил темные очки.
Иви в ужасе отпрянула.
Вместо глаз у него зияли пустые глазницы. Впрочем, не совсем пустые. В каждой вместо зрачка вращался маленький конус из черной пыли. Увидев это, Иви похолодела от отчаяния.
– Да, я мертвец, – бесстрастно подтвердил Смоукхарт. – Точнее, отношусь к категории «блуждающих людей». Из нас выходят отличные стражники. Сильные, быстрые, выносливые. Кроме того, как и большинство мертвецов, мы умеем исчезать. Поэтому ты и не могла видеть, как я вхожу в ворота вслед за тобой и поджидаю в темноте.
У Иви мороз побежал по коже. Как же она сразу не догадалась?
– Звериный след в особняке привел нас к двери в подвал, – продолжил Смоукхарт. – Мы поняли, что дверь необычная: каждый раз она открывалась в новое помещение. Эта комната сразу же привлекла мое внимание.
Иви мучил вопрос: удалось ли Себу и Вэлиану выжить в битве с селки и призрачной молью? Смоукхарт, наверное, еще не обнаружил Зал шепота.
Иви повернулась к родителям. Мама лежала у стены, запрокинув голову. Иви не могла сказать, в сознании она или нет, но глаза у нее были закрыты и тело неподвижно. Отец пытался сесть.
– Мои родители… – чуть слышно сказала Иви. – Вы им поможете?