Она почувствовала такое облегчение, что едва не забыла позвонить в колокола. Псы залаяли. Стекла на двери и на окнах задрожали так, что люди, стоящие на пороге, свалились с крыльца. Иви опомнилась, схватила веревки и дернула изо всех сил.
– Цербер! – крикнул один колокол.
– Эреб! – крикнул другой.
– ДОМОЙ!
Псы заворчали и заскребли когтями, топчась на месте и разбрасывая вокруг снопы огненных искр. Дышать становилось все труднее.
Из щелей в полу вырвались языки пламени и объяли псов. Доски треснули, и под ними разверзлась бездна, полная мрака и пламени. Псы оглушительно залаяли и провалились в преисподнюю.
В магазинчике все пропахло дымом и серой. Колокола, стряхивая с себя слизь, тушили языки пламени. Сквозь пелену дыма к Иви приблизился силуэт, в котором она сразу узнала брата.
Посередине магазинчика на полу стонал Картимор, а над ним возвышалась фигура в черном.
– Картимор Эдвард Ренч, – громко говорил офицер Смоукхарт. – Именем четырех квартирмейстеров Лундинора, вы арестованы. У вас есть право хранить молчание, все, что вы скажете, может быть использовано против вас в необычном суде.
Он наклонился и сковал руки Картимора с помощью скрепки.
Себ подошел и помог Иви подняться на ноги.
– Себ… будильник, – прошептала она. – Нужно… узнать… который час…
Она вытащила будильник из кармана. Стекло такое же грязное, звоночки ржавые, только стрелки уже не черные. Они побелели и перевалили за полночь. Иви увидела в стекле свое отражение. Лицо черное от сажи и липкое от слизи, грязные волосы пристали ко лбу. Но она жива, и на циферблате больше не видно лиц родителей. Обратный отсчет остановлен. «Панихида» проиграла.
Иви бросилась Себу на шею.
Все кончилось, – думала она. – Все на самом деле кончилось.
Она почувствовала, что офицер Смоукхарт смотрит на нее.
– С вас сняты обвинения в связи с нападением призрачной моли, – сказал он. Его голос звучал ровно, но она заметила, что уголком рта он улыбается. Стражники за его спиной таращились на человека, которого Смоукхарт только что назвал Картимором Ренчем.
Иви подумала, что она впервые видит Смоукхарта счастливым. Ведь он все-таки сумел приподнять завесу тайны Двенадцатой ночи.
Глава 36
Иви с интересом рассматривала двухэтажный лиловый дом с островерхой крышей и витражными окнами. Несмотря на раннее утро, вокруг деловито сновали необычные: кто-то спешил в магазин, кто-то – позавтракать в таверне. С того самого дня, как арестовали Картимора Ренча, город гудел от пересудов. Иви заметила худого мальчишку верхом на летающем коврике. Ловко скользя между дымовых труб, он раскидывал утренние газеты. Интересно, будет ли на первой полосе репортаж о вчерашнем судебном заседании?..
Она с удовольствием потянулась. Сегодня она проснулась дома, в своей постели, и ее сон не нарушали кошмары, навеянные необычным будильником. Чувствовала она себя неплохо, но синяки вряд ли пройдут к окончанию каникул. Скорее всего, школьные друзья будут ее расспрашивать, чем же таким она занималась на Новый год. Придется им соврать. Правду будут знать только она, Себ и бабушка.
Иви поднялась на крыльцо Лавки Древностей мистера Панча. Витрины сияли, а за ними красовались морские ракушки, зеркала, чайные чашки, покачивались на серебряных цепочках безделушки. На большой деревянной вывеске над дверью был изображен черный цилиндр – точно такой же, в каком мистер Панч объявлял согражданам тревожные новости. Иви задержалась на пороге, недоумевая, почему цветоперьевая почта прислала ей приглашение именно сегодня. Ведь мистер Панч – самый важный человек в Лундиноре, а она – обычный ребенок.
Иви толкнула дверь, колокольчики мелодично звякнули, и она вошла внутрь. Иви сразу почувствовала, что этот магазин неуловимо отличается от всех подобных в Лундиноре. Огромные светильники цвета спелого абрикоса наполняли комнату теплым светом. От аромата благовоний, разлитого в воздухе, щекотало в носу. Пол, к удивлению входящих, был засыпан толстым слоем песка, поскрипывавшего под ногами. В магазине было много стеклянных шкафов и металлических сундуков, прилавки ломились от самого разнообразного товара.
Иви осторожно прошла вперед, рассматривая экспонаты богатейшей коллекции. Чего тут только не было!.. Интересно, что умеют все эти вещи? Может быть, необычные авторучки ранят сильнее мечей, а необычные карманные часы поворачивают время вспять? И вряд ли необычные коньки нужны для того, чтобы кататься на льду.