К Владу у меня больше не было ни капли обиды. Я действительно была благодарна ему за то, что он помог проработать одну из моих самых глубоких психологических травм. Впрочем, это была и не его заслуга. На самом деле, мы оба были лишь инструментами в руках чего-то Высшего для того, чтобы показать кое-что очень важное для каждого из нас. По дороге обратно в Гоа мы все спокойно обсудили. Владу стоило немалых усилий, чтобы убедить меня в том, что его заявление насчет отношений с Леной никак не является для меня руководством к действию. Он всячески давал мне понять, что будет рад, если я пробуду у него оставшиеся несколько дней. А мне уже было безразлично.
Глава 8. Party
– А почему бы не пойти сегодня на Party? – неожиданно предложил Влад, спустя несколько дней после нашего возвращения.
– Замечательная идея! – радостно поддержала я.
– Может быть, там ты поймешь, в чем кайф хорошей трансовой музыки.
«Ну, трансовой музыкой меня вряд ли покорить, – подумала я про себя. – Влад не представляет, насколько отточенный у меня вкус к музыке. Я воспитана на классике, лучшем джазе и вершинах рока, едва ли мне начнет нравиться музыка с однотипным ритмом». Но сама мысль о предстоящем вечере, обещающем множество новых впечатлений, возможность красиво одеться и умопомрачительно танцевать для Влада, так, чтобы все вокруг ему завидовали, чтобы он, наконец, увидел, как же я хороша… мне безумно хотелось всего этого!!!
Волнующее предвкушение и тихая радость от предстоящего наполняли меня, усиливаясь с каждым часом, по мере приближения назначенного времени. Во мне всё больше нарастало чувственное возбуждение. В какой-то момент оно стало настолько сильным, что вот-вот перевалило бы за грань приятного, и стало бы вновь неуправляемым и порождающим раздражение и агрессию. Я вовремя сообразила, что стоит перейти к моим любимым даосским практикам, чтобы направить эту энергию в нужное русло. Уже через несколько минут вместо нарастающего напряжения всё мое тело наполнилось равномерным вкусным наслаждением. В таком состоянии мне доставляло удовольствие совершенно всё, что я делала, и что бы со мной ни происходило, удовлетворенная улыбка не сходила с моего лица.
– У меня есть одна таблетка экстази. Я хочу, чтобы сегодня ты отведала это волшебное состояние, – предложил Влад.
– А как же ты? Я совсем не хочу оказаться в этом кайфе, если ты не будешь вместе со мной на одной волне. Да ведь хуже и не придумать! Можно ли раздобыть еще одну таблетку для тебя?
– Вот что мы сделаем: я разделю её на четыре части, ты съешь три четвертинки, – поскольку ты еще не принимала это вещество, то тебе этого будет достаточно, – а я одну – чисто, чтобы мой организм вспомнил это состояние. И догонюсь «мяу-мяу». Так будет оптимально.
Я доверилась его решению и с еще большим нетерпением стала ждать приближения вечера. По правде говоря, мне уже было настолько хорошо от успешно разогнанной по телу собственной сексуальной энергии, что мысль об экстази меня обрадовала скорее как обещание того, что этой ночью Влад будет со мной, в состоянии всепозволяющего кайфа, когда он, наконец, забывает о той девушке и становится всецело для меня. Я заметила, что у него прием этих препаратов стал определенным ритуалом, проделав который, он позволяет себе открыться для того, что происходит именно сейчас, к своим новым, несвойственным для него обычного реакциям и новому поведению. И в этой его новой реальности, как правило, появляется гораздо больше места для взаимодействия со мной. Поэтому разговоры о приеме эйфоретиков означали, что сегодня мы будем вместе.
Наконец, Влад сообщил, что до выхода осталось тридцать минут и начал готовить все необходимое. В возбужденной суматохе я начала одеваться и делать макияж. Через несколько минут мы приняли все, что подготовили на этот вечер, и теперь уже мои сборы происходили в стремительно изменяющемся состоянии. Едва собираясь с волей, трясущимися от нетерпения и подкатывающего кайфа руками, я очерчивала выразительную линию сияющих глаз. В этот вечер я решила надеть то самое платье, которое Влад подарил мне в единственный вечер его горячей влюбленности. То самое, которое я не раз собиралась с пафосом оставить после себя где-нибудь в шкафу или прямо на кровати. Сейчас мне захотелось надеть именно это фриковское платье. Оно всецело отвечало гоанской моде и, главное, сидело на моей фигуре ну просто божественно. Совершенно не свойственное мне по дизайну, из кружевной ткани, со множеством мелких рюшечек, оно поразительно точно оттеняло мое нынешнее состояние – изумительной женственности, бесстыжей игривости и сногсшибательной уверенности в своей неотразимости. Оно оказалось точно подходящим для моей вьющейся прически и яркого макияжа. Я достала свои любимые босоножки и, о чудо, они были словно созданы для моего наряда! Женственные лакированные полосы скреплялись достаточно дерзкими кольцами, что придавало им скрытый подтекст сексуального доминирования через игривую женственность. Моя любимая кожаная куртка, сочетающая в себе образы готического средневековья с элементами клубного стиля, оказалась буквально из комплекта всего перечисленного арсенала. Ошеломленная собственным нарядом, я, наконец, сообщила Владу о том, что полностью готова для Party.