Во сне она не успела ответить, но успела узнать голос. Это было нежное сопрано Амаранты. Его ни спутаешь ни с одним другим голосом. Кузина в Алуаре так восхитительно пела, что Глория до сих пор не могла забыть ее мелодий и баллад.
Фиор тоже не бездельничал. Во сне он будто не нуждался вообще. По ночам он летал и собирал какие-то эльфийские баллады в библиотеке, чтобы потом показать Глории, а днем учил ее фехтованию.
- С одним мечом ты смотришься, как новичок! – критично подметил он. – Тебе бы еще научиться владеть палицей, цепом, булавой, копьем и метать дротики.
- А если я не справлюсь? Ведь чтобы поднять палицу, силы нужны не женские!
- Так для чего есть магия? Освой ее, и поднять даже ядро катапульты тебе станет под силу.
- Это будет мошенничество!
- Это будет волшебство! Оно даже хрупкую девушку наделит большей силой, чем у великана.
- Ты мечтаешь о невесте, которая вместо тебя пойдет воевать с великанами?
Фиор смутился.
- И откуда в библиотеке Ангуса нашлось столько волшебных книг?
Глория раскрыла один сборник эльфийских поэм, найденный Фиором. Внутри книги распустились цветы, со страниц слетели золотые бабочки и позвали поющие голоса.
- Оставь меч! Мы можем показать тебе удивительный мир. Зачем тебе с нами воевать?
- Не слушай их! – Фиор поспешно захлопнул книгу. – Они умеют гипнотизировать. Я ошибся с этим сборником. Он принадлежал еще самым древним эльфам, которым выгодно было извести воительницу, о которой гласит пророчество. Девушка, вооруженная мечом, для них угроза.
- Откуда этот сборник в библиотеке Ангуса? – требовательным тоном спросила Глория.
Фиор перепугался так, что это она ощутила себя на миг в роли строгой учительницы, которая муштрует нашалившего ученика.
- Сам Дагда ему подарил, - нехотя признался эльф.
- Дагда! Дагда! Я только и слышу, как его именем распугивает нечисть. В первый раз я подумала, что это слово является оберегом, а это оказалось имя. Мне оно мало что говорит. Кто такой этот Дагда? Вожак эльфов?
- Бывший сподвижник богини Дану и нынешний единоличный правитель летних и весенних эльфов.
- Почему его имя пугает Элара и всю его компанию?
- Потому что он наложил опалу на всех напроказничавших эльфов.
- И на тебя тоже?
- Я сам улетел, когда понял, что мои шалости его раздражают. Не ждать же, пока меня сошлют.
- А ты много шалил?
- Ох, каких проказ я только не совершал, - припомнил Фиор. – Самому теперь стыдно вспоминать. Я парил по эльфийскому замку, как смерч, разливал волшебное вино, устраивал землетрясения, сыпал красные искры на кожу эльфиек, так что красотки надолго покрывались прыщами. Это была месть за то, что они прозвали меня вертопрахом. А однажды я нашептал в ухо вздремнувшему великану, что Дагда позвал его на пир. Великан пришел и начал давить холмы, внутри которых находились дворцы эльфов. На великана налетели стаей драконы, завязалась целая битва. Я смылся до того, как меня вызвали на допрос. Нужно было срочно уносить крылья, пока их не лишился.
- Ты жалеешь, что так напроказил?
- Лишь отчасти. Бездомным быть плохо. Но не поселись я на птичьих правах на гобелене и не встретил бы тебя.
Глория увернулась от его поцелуя.
- Этот гобелен опасен! Через него к нам могут вторгнуться воинственные полки эльфов.
- Но пока же не вторглись.
- Гобелен нужно снять со стены, свернуть рулоном, обмотать цепями и спрятать на чердаке.
- Не вздумай!
- Почему?
- Ты лишишь меня дома!
Глория смягчилась. Она не подумала, что гобелен для Фиора, как насест для пташки.
- Ты живешь, как пичужка! Чуть что – сгонят! Но пока ты показываешь фокусы, я тебе рада. А я почти хозяйка замка.
Фиор, раздумывая, витал над ее головой и вдруг признался.
- Я бы забрал тебя в гобелен, в миртовый сад. Навечно.
- Уже через сотню лет под миртом будет лишь моя могила.
- А вот и нет. Возлюбленные эльфов не стареют и не умирают. У тебя даже крылья со временем могут отрасти, а если и нет, то ничего страшного. Ты и калекой мне нравишься.
- Бескрылая значит калека? – обозлилась Глория.
- А разве нет? – невинно заморгал Фиор. – Летать же ты не умеешь.
- Мне и ходить удобно.
- Не калеки это те, кто умеют и ходить, и летать.
- Как ты?
- Верно, как я.
- Но так и поищи себе фею!
- Мне больше нравишься ты. Феи такие зануды! А их королева и того хуже.