- Ах, сказки! – Глория улыбнулась ребенку, а сама подумала, что от оживших сказок ей еще спасения искать и искать. Проказам нечисти конца не видно.
Битва с черными эльфами
Закат окрашивал багровым сиянием стены графского замка. Где-то вдали трубил рог.
- Эльфийские армии наступают, - определил Фиор, витавший под потолком замка.
- На нас? – обеспокоилась Глория и схватилась за меч.
- Кажется, нет, но я не уверен.
- Ты хоть что-то можешь точно сообразить. Сам же эльф!
- Я, как и ты, сижу в замке, отрезанный от эльфийского мира. Откуда мне знать, что у соплеменников на уме?
- Не бросал бы их!
- Тогда бы я не встретил тебя.
А вот это уже веский аргумент. Глория покрепче перехватила меч. С эльфами сражаться ей совсем не хотелось, ведь они все-таки тоже почти что родственники. Из-за Амаранты. Изменница-кузина сумела породнить свою человеческую семью с эльфами. Теперь эльфы – родня Глории. Их нужно любить и уважать. Но сородичам ведь самим не пристало наступать на твой замок с войной. Если придется обороняться, она эльфам устроит. Даже перед волшебным обаянием Дагды не остановится. Только вот силы неравны, но эльфы направлялись к полям. Значит, дело в останках армии Дану. Глория видела с высоты лишь светящуюся крылатую стаю, но один эльф вдруг подлетел к окну и передал какой-то свиток с посланием.
- Прочесть или это ловушка? – спросила Глория, но Элар уже и сам заинтересовался. Все-таки весточка от его соплеменников поступила.
- Я умнейшее существо во всем мире, да еще мастер на все руки, - причитал спрятавшийся где-то Разум, - я пекарь, я пахарь, я косарь, я мельник – а на работу никто не берет! - его голос сорвался на шипение. – Перебью за это всех! Жалкие людишки! Думают, что могут пренебрегать моими талантами. Не ценят моего трудолюбия и ума. Всех невежд за это заколдую!
Глория поежилась.
- Как воинственно это звучит!
- Да не слушай ты его. Он всем известный лгун! – отмахнулся Фиор.
- Но пахать, сеять и печь он, правда, умеет. У него в полях и молотильня, и мельница работали сами собой.
- Он магией вам головы дурит. Вот и весь секрет.
- Но с такой магической силой нигде не пропадешь.
- Он же пропал. Вон как хнычет!
- Как бы он тут всех не извел магией.
- А по-моему, он рехнулся! Ты вроде недавно назначила его тут часовым, а он снова ноет, что у него нет работы.
- Видимо после того, как я ударила его мечом по голове, у него отшибло разум. Он даже забыл, что собирался мне отомстить.
- Ты ударила его мечом по голове, и он не превратил тебя за это в черную жабу! – Фиор присвистнул. – А ты действительно, героиня. Других он и за меньшее съедал живьем, а тебя бес как будто уважает. Может, ты и впрямь избранная.
Глории понравилось, что Фиор ей льстит, а Разум иногда ведет себя, как ручной. Может и правда удар рукояткой меча по темени вышиб из ловкого бесенка всё коварство.
- А почему не все эльфы зарастают днем масками из золотых листьев? – поинтересовалась Глория. Ведь эльф, только что передавший ей послание, был без маски.
- Под золотыми масками разгуливает лишь избранное общество, - пояснил Фиор. – Бывшие любимчики Дану, которые переметнулись на сторону Дагды. Их называют орденом золотой листвы. Сама Дану часто обрастала золотой листвой и чешуей, когда восседала на троне. Вот и на ее любимцах золотая листва осталась, как памятка о том, кем они были прежде. Им это даже на пользу. Днем маски из листьев являются камуфлирующими. За счет них эльфы успешно прячутся в лесу.
- Если они были любимцами Дану, то воевать с ней они не станут?
- Элар был влюблен в Дану, - лукаво подметил Фиор.
- Вот изменник!
- Он просто очень влюбчивый эльф. Кроме Дану он был влюблен в каждую миловидную фею, эльфийку или даже смертную девушку.
- Даже во всех тех, кого привел в жертвы котлу?
- Да, но с ними его интрижки быстро кончались. Весь роман длился лишь до конечного пункта пути – котла.
- А откуда взялся котел?
- От поражения Дану и ее фаворита. Все побежденные соперники Дагды стали всего лишь барельефами на стенках котла. Они там в медном плену, но они жаждут крови. Королю эльфов приходится отдавать им кровавую дань, иначе они вырвутся. Последняя намеченная жертва в твоем лице принесена не было. Пленники котла близки к освобождению.
- То есть я должна была умереть, чтобы они не освободились?
Фиор театрально развел крыльями.
- Превратности судьбы! – пропел он. – Жертву наметили слишком воинственную.
- Я ощущаю себя не воительницей, а пленницей магии, - пожаловалась Глория.
Фиор почесал в золотистом затылке, сминая росшие в волосах листики.