22 октября 1066 года
Вильгельм Нормандский ждал в Гастингсе проявления покорности со стороны Эдвина и Моркара, эрлов Нортумбрии и Мерсии. Братья Алдиты не стали посылать войска под знамена Гарольда, они выжидали, кто после окончания сражения станет королем. Теперь, когда все эрлы Годвины мертвы, Вильгельм заберет их земли еще до того, как их тела будут преданы земле, на которой они построили свои замки.
Вильгельм потребовал отречения архиепископа Элдреда и сдачи Эдгара Этелинга. Он угрожал послать солдат, которые будут грабить и жечь, если им окажут малейшее сопротивление. Когда известие о смерти Гарольда достигло Вестминстера, Витан начал готовить немедленную коронацию Эдгара Этелинга, но было слишком поздно, и Эдгару пришлось бежать, чтобы спастись от гибели.
Сразу же поползли зловещие слухи. Люди говорили, что поражение у Колдбек-Хилл стало наказанием за коронацию человека, который был воином, а не принцем. Теперь они твердят, что Гарольду не следовало становиться королем. Вильгельм не позволил похоронить Гарольда по христианским обычаям, запретив даже его матери Гите искать на поле битвы его изуродованное тело. И только просьбы Эдит Лебединой Шеи заставили Вильгельма изменить свое решение. Он позволил любовнице Гарольда забрать его тело с пропитанного кровью склона горы. Только она смогла узнать Гарольда, чье тело было рассечено ударами меча и пронзено стрелами. Она отвезла его в церковь в Бошаме, где покоится тело его отца, эрла Годвина, но не осмелилась построить для него усыпальницу или попросить благословения у священника.
Вильгельм Нормандский рассказал несчастным пленникам о том, как Гарольд клялся на священных реликвиях, что поможет ему стать королем Англии после того, как умрет Эдуард. Но вместо этого он сам захватил корону и теперь, как утверждает Вильгельм, будет гореть в аду, поскольку Бог его никогда не простит.
20 ноября 1066 года
Каждый день мы слышим о новых набегах норманнских солдат — они приближаются к Вестминстеру. К Вильгельму присоединилась его жена Матильда, и они вместе едут в Винчестер, где Эдита охраняет сокровища короны. Она будет вынуждена их отдать, у нее нет выбора. Я надеюсь, что она сумеет спрятать гобелен. Наверное, миледи чувствует себя одинокой. Эдгар по ее совету бежал в Шотландию — король Малкольм все еще остается нашим другом. Одерикус также скрылся, но куда и по какой причине, остается тайной.
Мать миледи, Гита, вернулась в Данию вместе с Эдит Лебединой Шеей и сыновьями Гарольда, но Эдита не покинет Англию. Теперь она действительно осталась одна, без родственников и друзей, за исключением аббатисы и молчаливых сестер аббатства. Мои визиты к ней стали слишком опасными, но монахини уже заканчивают вышивку, которую венчает история коронации Гарольда.
Мэри уже научилась писать буквы и слова, наблюдая за моей работой и задавая бесчисленные вопросы. Меня пугает и одновременно радует, что она может заинтересоваться этим ремеслом, — ведь перо становится другом, который смягчает тяготы нашего мира.
10 февраля 1067 года
Именно Мэри уговорила меня продолжать писать, хотя до сих пор я не могла заставить себя сделать это и уже забыла, когда в последний раз опускала перо в чернила. Перо, так долго остававшееся моим другом, превратилось во врага, а силы, которые оно мне давало, чтобы писать дальше, неожиданно покинули меня, как только прошла боль, вызванная смертью Джона. Тогда все вокруг меня стало скорбью и тенью, а сердце не могло найти радости ни в зимнем солнце, ни в первых словах малыша Джеймса. Но история еще не рассказана до конца, и я должна завершить начатое.
Когда Матильда прибыла во дворец и стала нашей новой королевой, она призвала меня, поскольку ей рассказали, что я мастерица вышивки. Матильда старше меня, но сложена, как ребенок. Она проницательна, и я не могу сказать, что несправедлива.
Королева Матильда показала гобелен, найденный солдатами ее мужа в сокровищнице саксов в Винчестере. Вышивка Эдиты была спрятана в огромном ларе. Однако я уже знала, что гобелен обнаружили, поскольку миледи послала за мной, когда узнала, что мой дом сожгли солдаты Вильгельма. Я сказала ей, что мои дети в безопасности и что нам есть где спать, поскольку наши соседи добрые люди. Мэри спасла мои дневники, при этом сильно обожгла руку, прикоснувшись к горящей стене.