Она вошла в кафе и сразу заметила зеленую обтягивающую майку Розы и желтую вельветовую мини-юбку. Довольно дерзкий наряд для Кана, где никто и не слыхивал о модной одежде из вельвета. Дополняли наряд сапоги до колена на высоченных каблуках. Это было уже слишком, но Роза всегда любила выделяться из толпы.
Она сидела в углу и читала журнал, совершенно не обращая внимания — удивительное дело! — на официанта с мощным торсом и в обтягивающей футболке.
Мадлен опустилась на свободное место.
Роза, прищурившись, разглядывала подругу.
— Что ж, на бледную немочь ты больше не похожа, но все еще напоминаешь вешалку.
Она взяла меню.
— Предлагаю взять сырное суфле с тройным шоколадом.
Мадлен равнодушным взглядом пробежала по строкам меню. Она незаметно наблюдала за Розой, которая подозвала официанта и сделала заказ, не обращая ни малейшего внимания на его мощные мышцы. Когда он ушел, Мадлен скрестила руки на груди и пристально посмотрела на подругу:
— Так, а теперь рассказывай, в чем дело.
— Ты про что? — Роза широко раскрыла глаза, безуспешно пытаясь изобразить невинное выражение.
— Перестань! Ты даже не обратила внимания на официанта! Мало того, ты хочешь, чтобы я с тобой за ручку пошла на вечеринку. И мы обе знаем, что на тебя это не похоже. Короче, в чем дело?
Роза вздохнула.
— Нервы.
— У тебя нет нервов. Нервы — это моя ипостась.
— Появился новый профессор. Он начнет работать после каникул.
— И?..
— Я уже работала с ним. У нас кое-что было. И сегодня его пригласили на вечеринку.
— Я не поняла. Ты что же, до сих пор влюблена в него?
Роза фыркнула.
— Я же говорила тебе, я больше не влюбляюсь! На самом деле он был последним мужчиной, в которого я влюбилась.
— И что было дальше?
— Он был женат.
— И женат до сих пор?
— Нет.
— Ах, вот оно что. В таком случае советую тебе заехать домой и надеть маленькое черное платье, прежде чем отправляться на встречу с ним!
На лице Розы отразились сомнения, но потом на губах расцвела озорная улыбка.
— Предлагаю тост, — сказала Мадлен, поднимая бокал. — За лето.
— За лето, — согласилась Роза.
Мадлен в полной мере ощутила волнение, только сойдя с парома в Дувре. До этого момента она старалась ни о чем не думать, хотя последнее письмо, полученное от Николаса по электронной почте, вызывало в ней противоречивые чувства.
Он по-прежнему работает в архиве Кентербери, писал Николас, но ему предстоит двухнедельный отпуск. Как он и предполагал, его контракт будет возобновлен. Более того, идут разговоры о том, что в его распоряжение предоставят ассистента, поскольку все, в том числе и он сам, недооценили объем работ, связанных с разбором документов в подвале.
В письмах Николаса не содержалось ни малейшего намека на чувства, что озадачивало Мадлен и вызывало у нее некоторые сомнения. Но она уже не могла прогнать возбуждение при мысли о том, что вновь увидит Николаса.
Вместо того чтобы поехать в Кентербери по автостраде — самой короткой, но наименее живописной дороге, Мадлен разложила на соседнем сиденье атлас и выбрала кружной путь.
Она специально выехала из Кана на рассвете, чтобы проделать последнюю часть путешествия при свете дня. Узкая дорога петляла по заросшим лесом холмам. Временами она становилась невероятно узкой, и Мадлен беспокоилась, что ей будет трудно разъехаться со встречной машиной. Сквозь густую листву, словно через зеленый абажур, просачивался мерцающий свет.
Мадлен съехала на обочину, чтобы не мешать другим машинам, и остановилась. Теперь, когда двигатель «пежо» смолк, она услышала пение лесных птиц и вышла из машины, потому что ей вдруг захотелось подышать насыщенным кислородом воздухом. Она сделала несколько глубоких вдохов, чувствуя, как свежесть утра приятно холодит горло.
Когда Мадлен собралась сесть обратно в машину, то уловила движение между деревьев и замерла. На нее огромными глазами смотрел маленький олень с белыми пятнышками на шее. Они долго не могли отвести друг от друга глаз. Наконец животное грациозно умчалось прочь, заставив Мадлен вспомнить встречу Леофгит с лосем, когда та решила, что это хорошее предзнаменование.
Здесь все так же, как во времена Леофгит, подумала Мадлен, садясь за руль и трогаясь с места. Раньше почти вся Англия была покрыта лесами, но за прошедшие столетия нужды сельского хозяйства заставили жителей острова вырубить леса на значительных пространствах.
Постепенно на смену лесам пришли поля и пастбища, затем появились симпатичные деревни в стиле Тюдоров, а в нескольких милях от Кентербери Мадлен выехала на автостраду.