Определённость, даже такая не слишком определённая, здорово подняла настроение. Не, я и так-то не унывал. Просто растерялся немного. Такое ощущение, кстати, что я в этом теле вообще не умею унывать. Может, особенность гоблинов? Просто, скажем, нет такой функции в мозгах, как у тех же акул. И Митя с Витей всегда на подъёме, да и я тоже как будто с пружинками внутри. Особенности физиологии такие. Хотя у Мити-то с Витей какая физиология, о чём я?
Забраться в полицейский участок, когда тебя активно ищут — что может быть проще? Господин шериф, видно, был в полной ярости, так что вся местная полиция до сих пор прочёсывала канализацию. Или бегали группами по улице, с самым серьёзным видом осматривая местных жителей, особенно — детей. Тем, бедолагам, вообще тяжко приходилось — их прямо обыскивали, как будто действительно надеялись обнаружить среди цветов жизни такой вот прекрасный сорняк. Полицейский участок по большей части пустовал, так что я просто аккуратненько приоткрыл дверь и вошёл — а чего стесняться, если дежурный клюёт носом? Главное — не топать, а не топать я умею. Хорошо быть мелким и незаметным!
Кабинет шерифа, правда, заперт. Но это не проблема — запасные ключи висят в шкафчике на видном месте, прямо над головой у дежурного. Эх, вот не хотел я этого делать… Идём аккуратненько к подоконнику, берём цветочный горшок. Там всё равно всё давно засохло — совсем не ухаживают работники за декоративными растениями! Тут, конечно, сложности. Будь я здоровенным брутальным мужиком, просто опустил бы посудину сверху на макушку, а так пришлось навесом бросать. Я отчего-то чувствовал — у меня точно получится. И ведь получилось! Снаряд по крутой дуге взмыл вверх, к самому потолку, упал на голову человеку, и тот уснул, обсыпанный сухой землёй. Свёл глазки к переносице и опустил лицо на стол. Даже не дёрнулся. Я аккуратненько собрал черепки, стряхнул с лысины сухую землю.
— Спи, маленький, — улыбнулся я, погладив дежурного по голове. — Хороших снов!
Кабинет шерифа был теперь весь мой, как доступная женщина, которой показали деньги. Замок сухо щёлкнул, и я оказался внутри. Первым делом обратил внимание на большую карту на стене. На ней был город Йерба-Буэно и окрестности. Так что вывод о своём месте нахождения можно сделать однозначный — это действительно Сан-Франциско. Просто называется по-другому. Слишком характерная береговая линия. Впрочем, это было не главное, просто приятно было понять, что я не ошибся в предположениях.
А вот дальше начались сложности. Читать на местном странном варианте английского я не смог. У Вити получалось нормально, но для этого мне пришлось перебирать у него перед глазами все бумажки, какие только нашёл в бюро. А потом и те, что нашлись на столе. Вот там, наконец, повезло. Я нашёл протокол допроса пленного контрабандиста, из которого выяснилось, что изначально нас действительно везли на золотые рудники в горах неподалёку. Мне смутно припомнилось название «Сьерра-Невада» — вроде бы именно так называлась та местность в другом мире. А города? Да кто ж их помнит. Судя по документам, пленных везли в какой-то Грасс-Вэлли, что бы это ни значило. Уже хоть какая-то определённость. Хоть и немного не такая, как хотелось. Мне-то было интересно, куда подевалась «моя» партия невольников, вот только никаких следов товарищей почему-то в кабинете шерифа не нашлось. Я продолжал перебирать бумажки, пока Витя вдруг не сказал мрачно:
— Всё, пошли отсюда. Я всё выяснил. Наших можно не искать, их слишком далеко отправили.
— А мне рассказать? — Возмутился я.
Но Витя упрямо покачал головой, и отвечать отказался. Нет — и всё, зачем об этом говорить, если всё равно до них не доберёшься? Отказался отвечать наотрез, хоть режь. Собственно, мне даже пришла в голову мысль, что можно аккуратненько сформировать иголочку из тьмы и потыкать призрака — наверное, подействует. Но не стал — это уж какое-то совсем свинство получится. Я бы на месте Вити обиделся, если б со мной так поступили, поэтому и сам не стал. Это ж, на самом деле, не жизненная необходимость.
Уходя из участка, снова посмотрел на дежурного. Спит. Слюни пускает. Такой милый, беззащитный… Короче, не удержался. Ну, а что за жизнь, если не позволять себе маленькие радости? Аккуратненько раздел дядьку до трусов, потом надел обратно сверху портупею с кобурой. Красота! Но чего-то не хватает! Нужен бантик, желательно, розовый.
Поиски ничем не помогли — розовых ленточек в участке не нашлось. Пришлось обходиться подручными средствами. Сделал большой бант из бумаги, аккуратно поместил на голову дежурному. Получилось вообще здорово. Даже жаль, что я не увижу, когда его обнаружат. Ну, ничего страшного. Искусство — оно ведь не только для творца, оно для народа. Пусть люди порадуются.