— Я и сам могу рассказать о результатах нашей разведки, — буркнул Чувайо, и исчез в тенях. Растворился, как кусочек сахара в кружке с горячим кофе, быстро и бесследно.
— Фух, наконец-то! Устал я от него! Да и он от меня явно утомился. Нам нужно некоторое время пожить отдельно!
— На твоём месте я бы не отпускал его одного, — проворчал Витя. — Если собираешься и дальше общаться с этими уманьяр. Сейчас он о тебе такого понарассказывает!
— Пофиг. Язык у него слишком плохо подвешен, чтобы со мной тягаться, — самонадеянно махнул рукой я. — Разберёмся как-нибудь.
Я, вообще-то, понимал, что Витя прав. Что очень важно именно первое впечатление. И вообще — кто первый расскажет, тот и пожинает все плоды от успешного успеха, как известно. Но, во-первых, уманьяр мне не так уж и нужны, если подумать. Ну, кроме чудесной Айсы с прекрасными сиськами, но с ней пока тоже всё непонятно. Во-вторых, мне действительно очень хотелось узнать, как отреагируют на любовно созданную мной картину зрители. И не только ради эстетического наслаждения, которое я, несомненно, получу, но и ради информации. Надо же понимать, удалось мне переключить внимание местных, или нет?
— Пожалуй, я за ним прослежу, — предложил Митя. — Не нравится мне его настроение. Потом расскажу, как его встретили.
— Дельно, — кивнул я. — Давай, Митя, так даже лучше будет!
Ночь — время гоблинов и прочей нечисти. А преступника всегда тянет на место преступления. Эти две истины сложились в одну, и меня неудержимо потянуло прогуляться. Сидеть в засаде лучше днем, тогда можно поспать в своё удовольствие, а ночью надо веселиться! Я ещё не знал, как именно буду веселиться, но сидеть на скучной окраине Грасс-Вэлли считал слишком непродуктивным. Особенно когда совсем неподалёку слышны отголоски музыки, доносятся слабые оттенки вкусных запахов и сверкают завлекательно огни фонарей.
— Вот даже интересно, что тебе с этого банка? — Ворчал Витя, помахивая крыльями и рассыпая вокруг тающие в темноте фиолетовые искры. Всё-таки очень красиво, не понимаю, почему он так стремится избавиться от этой своей фишки?
— Да просто посмотреть, — пожал я плечами. — Скучно же сидеть. И вообще, можно будет в гостиницу наведаться — надоели мне эти консервы. Стейк хочу.
Городок, между прочим, ночью оказался куда оживлённее, чем днём. Во-первых, тут не экономили на электричестве. Всего-то две улицы. Не город, а деревня разросшаяся. Ну, максимум — ПГТ. Зато пафоса! Ярко светилась вывеска над гостиницей. Ещё более ярко — над борделем, совмещённым с кабаком. А вот банк в нерабочее время выглядел тёмным и пустым, так что я даже передумал туда заходить. Ну его, ещё тревога поднимется, потом меня кто-нибудь увидит и свяжет с голыми охранниками, и тогда шутка испортится.
Ладно, если честно — я просто не смог пройти мимо борделя. Это ж бордель! Понимать надо! И он ведь не пустовал! Там были широченные окна, через которые можно было наблюдать за происходящим в зале, и поверьте, там было за чем понаблюдать! Во-первых, конечно, работницы борделя. Они были прекрасны. В отличие от стройных уманьяр местные барышни могли похвастаться крупными формами! И косметикой не пренебрегали, зато лишнюю одежду явно не приветствовали. Из бара лилась задорная музыка, а на сцене весёлые девицы отплясывали разудалый канкан.
— Кла-а-асс! — Протянул рядом Витя, и я был с ним чертовски согласен. Даже просто наблюдать — очень приятно и интересно, а уж участвовать!
— Блин, вот почему тут гоблинов так не любят? — Расстроился я. — Хотя у меня и денег с собой нет. Но — всё равно, уж я бы своего не упустил! Деньги-то всегда найти можно.
— Забудь, — покачал головой Витя, — Все шовинисты и сволочи. Нас никто не любит, даже на родине. Хотя в каком-нибудь сервитуте можно было бы и повеселиться, да. Там на рост, цвет кожи и длину носа никто не смотрит. Хотя тоже не во всяком, конечно.
Но мне не хотелось ждать возвращения на родину. Мне хотелось всё здесь и сейчас. Бар выглядел слишком соблазнительно, к тому же там подавали жареные колбаски. Я ещё ни разу в жизни не пробовал жареных колбасок! Хотя бы это упущение я ведь могу исправить прямо сейчас.
— Дуся, ты меня пугаешь. Любовь к еде — это правильно и хорошо, но голову-то зачем терять⁈ — Поразился Витя, когда я сообщил ему о своих планах.
— Да ни при чём здесь колбаски, — покривил душой я. — Точнее, дело не только в них. Скучно же, Вить! А там — весело! Смотри, как народ веселится! А мы тут, снаружи, одинокие и несчастные, как какие-нибудь сиротки наблюдаем за чужим праздником жизни. Это надо немедленно исправить!
Там, в баре, действительно было очень весело. Прекрасные и порочные феи ведь не для себя отплясывали, а для посетителей, каковых было довольно много. В общем, в баре, что называется, был дым коромыслом! Народ предавался разврату, и не только половому. Бухали все, короче. Ну как такое пропустить⁈ Праздник же!