— Э, братец, — скривился он, — да не какой ты не братец! А я-то думаю, чего ты в эти лохмы укутался? Давай-ка, братец, пиздуй отсюда подобру, поздорову. Ты, чую, какой-то не гоблинский гоблин, с подвыподвертом, так что звать товарищей своих не стану — добрый я сегодня… Уходи. Сам уходи, а то лень вставать…
Я не двинулся с места — дядька не порывался нападать и даже ворчал в самом деле лениво, поэтому стоило помурыжить его ещё немного. Вдруг выясню что?
— А в чём дело? — изобразил я удивление. — Нормально же общались. Только встретились, и мне уже уходить?
Сатир ткнул в мою сторону кувшином, расплёскивая брагу и указуя крепким пальцем с крючковатым когтем на конце.
— Ты гоблин, а после гоблинов бабы мрут. Тьфу!.. Мы, сатиры, такого не любим. Кому в голову придёт женщину убивать, если её можно
неделями трахать, сладости с нею кушать, поить её хмелем, слышать звонкий девичий смех… Ик!.. Всё вас, распиздяев зеленомордых, учить жизни нужно…
— Так гоблины это не специально, природа у них такая, — попытался я прощупать одну из «болевых точек».
— И чо? — сатир с безразличным видом плечами пожал. — Мне пожалеть вас, болезных? Даже шмыг, тупой как твоя жопа, а и тот плодится в срок отведенный, а гоблин не может? Нет у вас ни чести, ни совести… ни пива. Грязь одна… Ик!..
— И что, совсем никак? Ты меня за гоблина признал, но вот он я — сижу перед тобой, разговариваю, спрашиваю и отвечаю. Неужели, не договоримся?
Сатир махнул рукой, расплескивая брагу. Да сколько её в кувшине? Он что, бездонный?
— Чую. Чую я, что ты не такой, как остальные пиздюки зеленомордые, — покивал рогатый. — Потому и не погнал на пинках из деревни… И раз ты такой говорун, то давай так… Ик!.. так поступим: приведи нам из пару девиц, да хоть селянок — вот тогда и докажешь, что дело с тобой иметь можно. Только живыми приведи, невредимыми, понял, мироед проклятый?
— Выкрасть их, что ли? — с нарочной издевкой в тоне хмыкнул я. — А ещё гоблинов виноватишь…
— Не хмыкай тут мне, — пробубнил сатир. — Зачем их вкара… Ик!.. выкрадать?
— Похищать, — поправил я.
— Да не нужно никого похищать! — сердито насупился сатир, как будто мы об этом спорили. — Ты дураком-то не прикидывайся. Уговори их, обмани немножко — девки это любят. Ещё как-нибудь убеди — пусть сами придут, по своей охоте. Или ты думаешь, что молодой девке «сладкого» не охота?
— Значит, двух девиц привести и тогда будем общаться?
— Ага, — покивал рогатый. — Давай, это, хотя б парочку. Молоденьких, чтобы в самом соку… Хотя любых, давай. Голодные по этому делу мамки тоже страсть как хороши… Приведёшь — замолвлю за тебя перед товарищами слово. Я у нас в деревне вес имею, не сомневайся — самая забористая, самая мягкая брага у меня получается, так что послушают. А теперь лучше иди, пока тебе не заметили…
Глава 24
Бросок Восприятия Гоблин КС 10: 19+0(модификатор)+1(наблюдательность)+2(еще свежие)= 22 — Критический успех!
Два десятка гоблинов это конечно не три десятка матерых наемников, но мне хватит и этого с лихвой. Тем более что сейчас день и про привычную зачистку можно забыть, а про прямой бой лучше лишний раз не заикаться. Но кто сказал, что надо со всеми драться одновременно? Как я знал по своему опыту, гоблины не способны в самообеспечение питаясь буквально тем, что найдут, подножным кормом, а также своими менее удачливыми собратьями, а потому охотничьи партии у них никогда не переводятся и хоть те и стараются лишний раз не уходить далеко от логова, чтобы самим не стать кормом, но иногда всё же отходят несколько дальше ожидаемого. Впрочем, не это было главное, а то, что коротколапые дебилоиды очень плохо скрывают следы, а тропинки в лесу наоборот вытаптывают знатные, а у меня еще и поисковой медведь с моральной травмой от встречи с феями, и которому по этой причине очень, очень хочется кого-то приголубить лапой. Так что по свежему следу Миша очень быстро нашел тупней, после чего на полной скорости в них и влетел. Десять гоблинов медведю не помеха, а учитывая их повальную трусость и то, что одного змеиного укуса хватало чтобы зеленый террорист из боеспособного состояния превращался в свеженький груз двести по терминологии прошлого мира, гоблины кончились быстрее, чем топтыгин вошел во вкус. К счастью, у нас оставались еще шестнадцать готовых положить жизни на алтарь моих достижений гоблинов. Правда они пока об этом еще не знают, но это временно.