Ваша душа смогла впитать паразитные неструктурированные крупицы энергии Хаоса +6 Опыта*2.Бросок на улучшение Ловкости КС 9: 13+0(модификатор) = 13 — успех.
Мой «медвед» тем временем обжирался от пуза: ел, отдыхал и снова ел. С мордой, перемазанной в кровище, жрал трупы зеленокожих, а я… я не чуял особой тревоги по этому поводу. Вроде как если увидишь труп человека — пусть даже на фото — тут же неосознанно переносишь его увечья и посмертные травмы на себя, отчего становится ещё более жутко. Но пусть я сам ныне гоблин, а вид выпотрошенных гоблинских тушек не вызывал тошнотных позывов. Разве что их вывороченные потроха не очень аппетитно пахнули. В остальном же, я будто бы уже куда меньше отождествлял себя с гоблинами. Зато для «потапыча» гоблинские потроха, судя по его сытой и довольной морде, как мёдом благоухали. Вот же простая душа: жрёт и спит, ничего ему больше не надо. А меня это бесит! Завидно, чёрт подери, перед такой аскезой в потребностях. Я сосредоточился на краткий момент и применил умение разговора с зверьми — отличный момент, чтобы проверить действенность навыка.
— Миша!.. — мой голос прозвучал, как и прежде, изъясняясь на привычном всеобщем наречии.
Медведь дернул ушами и вскинул голову, безусловно понимая, что зову именно его, а не просто издаю громкие звуки. Навык, похоже, отлично работает!
— Миша, дружище, ты заебал уже чавкать, — проворчал я. — Думаешь хоть о чем-нибудь, кроме еды?
Зверь фыркнул, словно чихнул, и качнул массивной головой. Лопни мои глазоньки, если он только что не ответил мне!
— Да? — протянул я. — И о чём, позволь спросить, размышляет медведь?
Медведь тихо прорычал, но это ворчание слышалось мне не только утробным звуком, но и внятным словом!
— Рыба… — односложно ответил лохматый верзила.
— Так рыба — это ж тоже еда, — рассеянно пожал я плечами. — Ты меня, дурака, за кого держишь?
— Рыба — это рыба… — многозначительно проворчал медведь, роняя голову на передние лапы.
— О… — я удивленно вскинул брови. — Да ты у нас философ, оказывается? А, это… А самочку… Ну, то есть медведицу хочешь? Ты ж вон какой здоровый — наверняка хочешь.
— Рыбка… — проурчал здоровяк. — Гоблины… Надоели…
Я с вздохом махнул рукой:
— Понятно с тобой всё, обжора. А где наш новобранец? Ты белку-то не сожрал, проглот?
Медведь отвел взгляд и с обреченным видом зажмурился. Мол, не говори глупостей. А на мой зов с ближайших ветвей сиганула серая «молния» — пушистый стремительный зверёк спрыгнул медведю на спину, разбежался у него по загривку, пружинисто взвился в воздух, прыгая по веткам ближайших кустов, и в считанные мгновения оказался у меня на макушке, вставая столбиком, словно в дозоре.
— Ну? — я глянул вверх исподлобья. — А ты что скажешь, парень?
— Женщина! — пискнуло юркое создание.
— Хрена се! — усмехнулся я. — Ты женщину хочешь? Э, миш, учись…
— Я — женщина! — обиженно пропищал на моей макушке зверек.
— А, понял. Ты самка? Ну-с, прощеньица просим. И что нам скажет белка-женщина?
— Фундук!
— То есть, лесной орех? И ты тоже про жрачку думаешь? — из моей груди вырвался печальный вздох, уже который по счёту. — Что ж меня угораздило-то на сплошных троглодитов наткнуться.
Миша сыто сопел — сейчас передохнёт и доест гоблинятину — белка чесала свой хвост, царапая макушку коготками на задних лапках, а я призадумался.
— Эй, фундук! — окликнул серую непоседу. — Помоги мне, а я помогу тебе орехов поискать. Идёт?
Ничего не стоило приказать зверьку выполнить то, что мне нужно, но шанс побеседовать с животным — это всё ещё слишком ново и удивительно для меня. Даже на фоне всех тех пертурбаций, сквозь которые Судьбинушка меня проталкивала до сих пор.
— Что… нужно?.. — пискнула белка.
— Попробуй привести ко мне других белок, а? Ну, ты же самка… то есть, женщина. Как-нибудь по-беличьи соблазни пару самцов и приведи ко мне.